Эр-Три

Мы уселись по разные стороны круглого столика: я на диване, доктор в кресле, между нами возлежала приличной толщины бумажная папка с веревочными завязками. Я ощутил некоторое расположение к доктору: такими милыми ретроградскими штучками я и сам иногда баловался, и не ожидал, по правде, подобных пристрастий от совсем молодой еще девушки, выросшей в эпоху повального перехода с твердых копий на эфирно-цифровые носители.

- Я внимательно ознакомилась с Вашей медицинской картой, товарищ профессор...

- Локи.

- Что, извините? - видно было, что, перебив, я немного сбил девушку с толку.

- Называйте меня, пожалуйста, по имени. Локи – младшая форма имени Лодур, но она вполне уместна, даже если использовать вежливое обращение на «Вы». - Я немного замялся, но решил, все же, пояснить. - Понимаете, доктор, каждый раз, когда меня называют профессором больше двух раз за один диалог, я немного злюсь. Мне все время кажется, что собеседник имеет в виду некую иронию, а само то, что я – профессор, принимает на веру с определенными сомнениями.

- Но совершенно понятно, - в свою очередь, перебила меня доктор. - Хорошо, Локи, как скажете. Хотя я, конечно, немного удивлена – от ледяного мага как-то ожидаешь большей рациональности и даже некоей холодности...

Я, натурально, замерз.

Вернее, конечно, температура моего тела оставалась неизменной – 39.5 по шкале Цельсия, но внутри меня собрался мерзлый ком, состоящий из нежно, с детства, лелеемой злости, суеверий и предрассудков моего народа и серьезной обиды на доктора.

Вместо того, что мне хотелось, я исполнил то, что подобало: вид принял строгий и надменный, немного повернулся к собеседнице серьезной, кареглазой, стороной морды, и сообщил медленно и внятно:

- Я – эфирный физик, специальность – низкие и сверхнизкие температуры, взаимодействие эфирных тел и физических объектов! Я великолепно владею магией торможения частиц, как и обратными воздействиями, но меня нельзя, – я чуть приподнялся с диванчика и стал как бы нависать над девушкой – ни в коем случае нельзя назвать ледяным магом!

Конечно, пришлось объясняться.

Понимаете, дело в том, что для любого современного исландца определение «ледяной маг» – страшно обидное колониальное прозвище. Это не менее обидно, чем назвать, например, американского темнокожего словом «ниггер» или жителя Поднебесной – «шина-мен».