Радужный кот

«А, фиг с ним!» – подумал Семён.

– Ща, погоди, – крикнул он, поправил спящего кота и подошёл к машине.

– Тебе куда? – спросила девушка.

Она была очень красива. Пышные, вьющиеся каштановые волосы доходили до плеч и лукаво завивались кольцами. Глаза были чернущие, блестящие, как окатанные водой камни. Губы…

– Тебе куда, говорю? – повторила она нетерпеливо.

– Мне…это… – опомнился Семён, – в город мне, я на Строителей живу. Строителей, двадцать пять.

– Садись.

Семён обошёл машину, открыл дверь и плюхнулся на сиденье.

– Хреново выглядишь, – подтвердила его опасения девушка и, замигав сигналом поворота, тронулась с места. Какое-то время ехали молча.

– Зато ты хорошо, – сказал вдруг Семён.

– Что?

– Ты это… классно выглядишь. – Он не врал. Девушка и впрямь была хороша. Заключённая в жесткие рамки брючного костюма и светлую кожаную куртку, она, тем не менее, будто излучала женственность, будто светилась ею.

– Слушай, раздражает… Что там у тебя между ног болтается?

Лицо Семёна на мгновение окаменело: «Это ещё что за наезд?» Затем, что-то действительно ударило его по внутренней стороне бедра, он опустил глаза и смутился ещё сильнее – это был хвост. Вернее, самый его кончик, радужный, светящийся.

Семён поколебался секунду, затем расстегнул куртку – из бреши показалась сонная мерцающая голова, с усами и всем прочим, что полагается в данной ситуации.

Девушка вздрогнула и чуть было не нажала на тормоз.

– Нифига себе… – прошептала она потрясённо. – Нифига себе! Ты где его достал?

Удовлетворённый эффектом, Семён довольно осклабился:

– Это моя. Киса-Алиса, – сказал он. – На рейде отбили.

– О-фи-геть, я раньше таких и не видела. А что она ест?

«…башку тебе откусит…» – вспомнились вдруг слова Ипполита.

– А всё ест, что ни видит – всё ест.

– Надо же, – девушка вдруг засмеялась. – А я всё думаю, что там у тебя болтается.

Семён фыркнул, приосанился и втянул живот.

– У меня вообще-то ничего не болтается.

Наконец-то он обрёл уверенность и под изучающим взглядом незнакомки почувствовал себя героем, которым без сомнения и являлся.

– Я, если хочешь знать, патрульный стражи, – с важностью заявил он, даже голос стал каким-то вдруг более низким, медным.

– Да ты чё?! А я – ведьма.