Радужный кот

– Мурчит, – констатировал напарник. – А если башку тебе откусит?

– Ипполит! Не слушай дядю, кисуля. Он тебе плохое скажет. Мур-мур, моя. Киса-Алиса. Я тебе рыбки дам, у меня дома заливная с вечера стоит…

«Твою ж лавочку!» – повторил Ипполит в третий раз. Из темноты раздался нетерпеливый гудок бобика, нужно было что-то решать.

– Ладно, фиг с тобой. Но пойдёшь пешком, понял? Василичу не скажу.

– Вау! Ипполит, дружбан! Спасибо, брат.

– Ну всё-всё. До Тарасовки дойдёшь, там такси ходит.

Он отцепил от пояса фонарик и стал подниматься по склону, шаря лучом в поисках оброненного меча, пока и вовсе не скрылся из виду.

А Семён с кисой на руках стоял в поросшей плющом ложбине и улыбался как маленький мальчик. Диковинный радужный кот млел от его прикосновений и тоже улыбался, по-своему, по-котовски, хищно. И нельзя было сказать наверняка, чем для них закончится этот день, слишком уж много невероятного происходит в канун Дня всех святых.

Глава II. Красная нива

А произошло вот что: кот уснул. Натурально уснул у Семёна под курткой.

Он был чертовски тёплый и просто огромный. Тащить его по автостраде вдоль ночного леса было занятием не из простых, весил он немало, но Семён шёл и улыбался. «Всё-таки, это ж так круто! – думал он. – Димка с Варей по-любому обрадуются».

В последнем он был, кстати, не уверен. Варвара была женщина добрая, но строгая. Ему ещё влетит и за кота, и за то, что не предупредил, что придёт домой среди ночи. «Блин!» – выругался Семён и полез за мобильником в карман джинсов.

Кот соскользнул с плеча и, на мгновение проснувшись, зашуршал по бронежилету когтями, приподнимаясь повыше. Уснул, только хвост вывалился из-под куртки и болтался теперь у нового хозяина между ног, озорно посверкивая огоньками.

«Уф!» – Семён наконец-то извлёк из кармана мобильник: на часах было уже за полночь, сеть не ловила. «Ну вот, так и скажу, прости дорогая, сеть не ловила, – мрачно подумал он. – Эх… этак я только часам к трём доберусь…»

В этот момент, обогнавшая его нива вдруг резко затормозила и шумно зашуршала по гравийке, съезжая с обочины.

Семён нахмурился: не любил он совпадений, рука легла на рукоять зачарованной дедовской сабли. Дверь нивы открылась, оттуда выглянула аккуратная женская головка, и крикнула:

– Что встал, малыш? Добросить тебя?

«Чертовщина, – подумал Семён. – Чтобы девушка, ну пусть хоть и на ниве, сама остановилась и предложила подвезти среди ночи? Да не бывает так».

– Ты что глухой? Давай забирайся, до города подброшу.