Враг всего сущего

 Интересно, что он здесь делает? Неужто влияние Мясника распространяется даже на  Трущобы?

– Кто это? – спросил Лигрель.

– Да так, один старый знакомый, встреча с которым нам  совершенно ни к чему, – пояснил я. – Двигаем дальше.

– Далеко еще? – спросил Лигрель, набирая ход.

– Почти пришли, – откликнулся я. – Сейчас за  поворотом должна показаться площадь или то, что таковой считают. На ней стоит  памятник Маршалу.

Редкая стена полуразрушенных домов расступилась, открыв взору  большой пустырь, заваленный мусором, в котором копошились нищие.

Они ворошили  хлам палками и, найдя что-нибудь подходящее, складывали в котомки. В основном их  интересовали остатки пищи и тряпки, впрочем, в ход шло все, имеющее в глазах  этих несчастных хоть какую-то ценность.

Памятник, изображавший дородного мужчину в полном боевом  облачении, позеленел от старости и перекосился. На шлеме с плюмажем мирно  ворковали голуби. Мраморная табличка, извещавшая о доблестях и регалиях  полководца, была расколота.

Одна половинка еще держалась на своем месте, другая  лежала под толстым слоем высохшей грязи.

– Мрачное местечко, – сквозь зубы процедил  Лигрель.

– Мрачное, – согласился я. – Не то что ваши  леса.

– Поразительно, как можно докатиться до такого, – с  осуждением сказал эльф.

– Бывают места и похуже. Вспомни Лаоджу. Тамошние жители не  прочь полакомиться человечиной. И эльфами тоже.

– Помню, – ухмыльнулся эльф.

– Да, дыра дырой. Но  это слабое оправдание.

– Лучше поговорим с этими «господами», может, они что  знают? – я показал на нищих.

«Господа» тем временем решили устроить небольшой перекур и,  устроившись на котомках, негромко переговаривались. По рукам ходила литровая  армейская фляжка, судя по раскрасневшимся лицам побирушек, наполненная отнюдь не  водой.

– Давай, – кивнул эльф.

Мы обменялись понимающими взглядами и направились к месту  привала попрошаек.

Нас встретили настороженно. Фляжка тут же исчезла.

– Привет, мужики, – поздоровался я.

– Чего нужно? – спросил один из попрошаек, набычив  голову. – Идите с миром. Мы нищие, у нас ничего нет.

– Не бойтесь, не обижу. – Я продемонстрировал широкую  улыбку. – Задам пару вопросов и все.

– Шел бы отсюда, – досадливо нахмурив лоб, предложил  нищий. – Любопытные и слишком разговорчивые в Трущобах долго не живут.

Его товарищи согласно закивали.