Проводник

Рядом с каждым таким домиком небольшой огород. Грядки вкривь и вкось, будто вскапывали кому как вздумается. Никакой системы. Сильно смахивает на стихийные застройки нелегальных дачников или на лагерь беженцев, давным-давно покинувших родину в надежде переждать неспокойные времена, да так и обосновавшихся здесь если не насовсем, то надолго.

Бардак тот ещё, вкупе с неимоверным зловонием. Понятное дело, помойки здесь не предусмотрены. Мусор сваливают сразу за домами, а то и прямо на дорогу. Где живут, как говорится, там и гадят.

Несмотря на ранний час, кое-где встречаются люди. Мужчины и женщины — чумазые, в изрядно поношенных одеждах - копошатся в мусорных кучах, таскают воду, что-то высаживают на грядках, орудуя тяпками да лопатами. Но лишь услышат лошадиный топот, распрямляются, побросав работу, и долго провожают проезжающих внимательным взглядом, пока те совсем не исчезнут в клубах поднятой пыли.

Чем дальше, тем больше домов, и тем они добротнее. Вот бревенчатые пошли, с ухоженными огородами, большими дворами, расстроенным хозяйством и аккуратными оградами.

За ними разбегается в стороны высокая крепостная стена. Дорога, уже мощёная плотно подогнанными булыжниками, ведёт прямиком к надвратной башне. Правда, тоже замусорена до безобразия, будто всех дворников разогнали за повальное пьянство, а новых так и не удосужились набрать. Судя по грязным потёкам, единственный уборщик здесь дождь, смывающий всё, что беспечные горожане выбрасывают на улицы.

Более-менее чисто лишь наверху, почти у самых ворот.

Здесь, рядом с караульной будкой, несут службу четверо солдат. Все такие холёные, умытые. Форма отглажена, сапоги надраены, эфесы с пряжками блестят, мушкеты смазаны. Прям не вояки, а показушники из образцового полка.

Но взгляды цепкие, опытные. Осмотрели всех и вся, пока процессия въезжала через ворота.

За стеной Коля смог, наконец, вдохнуть полной грудью. Лёгкий запашок лошадиного навоза впечатления не испортил. Он просто не шёл ни в какое сравнение с той вонью, что царила внизу. «Вот, оказывается, куда всех дворников согнали», - с усмешкой подумал Николай, осматривая сияющие чистотой улочки.

Но больше всего поразил развешенный на столбах провод.