Грум 2: Тёмные улицы

Некоторые фасады и правда выглядели очень знакомо, но, чёрт побери, это же субреальность! Тут подобные повторения обычное дело. Хотя... Вопрос Джима навёл меня на одну мысль. Остановившись, я посмотрел на ближайший дом. А что, если мы угодили в один из так называемых «обратных лабиринтов»? Определить это сходу у меня не получится, но если это и правда он, то шагать по этой улице мы можем целую вечность.

— За мной. — сказал я Джиму и, свернув, приблизился к приоткрытым дверям высокого здания. Холл дома имел вытянутую форму и единственным предметом мебели в нём был массивный стол из тёмного дерева, стоящий прямо посередине открытого пространства.

Пройдя в холл, я обвёл взглядом тёмные стены и направился к столу. Однако стоило мне подойти к нему на расстояние пары метров, как светящийся шар покачнулся и улетел в сторону — так, словно он был мячиком и его ударила невидимая нога.

— Это нормально? — спросил Джим.

— Совершенно. — ответил я, проходя мимо стола и направляясь к высокой каменной двери в глубине помещения. — Этот холл — граничная зона между обычным тонким планом и тёмным измерением. Большая часть из того, что мы здесь встретим, попытается вывести нас из себя или напугать. Хрустальный шар будет убегать и заманивать куда-нибудь в темноту, предметы мебели — скрипеть и ползать по полу, тени на стенах — оживать и пытаться ухватить за ногу.

— Ненавижу магию. — с чувством повторил Джим.

— А при чём здесь магия, Бармалей? Это скорее проявления нечисти. Запутать, напугать... Классика.

Остановившись перед дверью, я с осторожностью прощупал её сканирующей магией и начертил небольшой поисковый символ.

— А вот это уже куда любопытнее. — протянул я и обернулся к своему другу. — Смотри. Здание и холл с виду совершенно обычные, но дверь тут только одна и та словно из старинного замка.

Джим остановился в нескольких метрах позади меня.

— Паутины многовато.

— Есть такое дело. — кивнул я. — Но это хорошо.

Начертив на двери стабилизирующий символ, я с удовлетворением понаблюдал, как её металлическая ручка покрывается следами патины, а внутри некоторых барельефов на двери проклёвывается мох.