Институт. Часть 3. Ночи Охоты на Призраков

Она догадывалась, что эти трое — из тех самых меченых, которым помогала Джуди, а это значит, по крайней мере, что документы попали по адресу и что саму её сейчас тоже ведут куда надо. Только вот Джуди, видимо, и в голову не пришло, что Эве придётся как-то доказывать, на чьей она стороне.

Не знала этого и Эва, но приём она получила достаточно горячий, чтобы опасаться дальнейшего. А что, если большая часть меченых окажется такими же параноиками, как Полоска? И решат, что лучше всего её прикончить? Безопасности ради? Ну и глупо же это было бы!

Эва понимала, что если у неё и есть какой-то призрачный шанс бежать — это сейчас; потом, когда они окажутся в убежище среди меченых, полагаться останется только на их разумность и добрую волю.

Что, если сейчас вырвать руку? Успею ли я снять повязку с глаз и укрыться за деревом? Настолько ли хорошо Полоска обращается с пистолетом? Не блефует ли он?

Эва постаралась тихонечко высвободить локоть из хватки Рыжехвоста, но в этот самый момент провалилась в снег по колено.

— Не делай глупостей, лазутчица, — сказал он с улыбкой, помогая ей выбраться. — Сейчас уже придём.

И правда, через пару минут Эва почувствовала под ногами бетон и услышала эхо от их шагов. Теперь ей стало страшно, и внутри всё сжалось в комок от ожидания неведомых ужасов. Когда у Рыжехвоста пиликнул коммуникатор, Эва вздрогнула.

— Всё чисто, — сказал искажённый помехами голос Мартышки. — У портала глайдер. «Вихрь».

— «Вихрь» на ходу? — не поверил Полоска. — Брехня!

— «Вихрь»! И он мой! — свирепо рявкнула Эва, вслепую поворачиваясь к нему.

— Только прикоснись к нему пальцем, понял?

В ответ её ткнули пистолетом между лопаток.

— Поосторожнее с угрозами, — посоветовал Рыжехвост, — пока мы не убедились, что ты не лазутчица.

— И как вы будете убеждаться?

— Это уж как Папа решит.

Послышались возбуждённые голоса, потом суровое «тш-ш!» — и снова тишина, только гулкие шаги, скрип двери, сквозняк у левой щеки, потом ступеньки, на которых Эва споткнулась дважды и точно переломала бы кости, если бы не Рыжехвост.

Опять двери, голоса и «тш-ш», жужжание, с каким работают моторы или генераторы, железный лязг. Эва потеряла счёт времени, но сердце у неё билось всё сильнее.

Наконец Рыжехвост отпустил её. Другие руки, гораздо более сильные, усадили её на жёсткое кресло. На запястьях затянулись ремни, и Эва похолодела от ужаса. Вот оно. Значит, худшие её страхи подтвердились: они будут её пытать.

Повязку с глаз сняли, но вокруг была тьма.