Институт. Часть 2. Зеркальщики

Изображение прояснялось, а вместе с ним громче становились и звуки. Они услышали голоса и скрежет, и знакомый кудахчущий смех, от которого Эва покрылась гусиной кожей.

И правда, у дальней стены зала, на возвышении, в удобном кресле, сидел гнусный лысый старик, которого она уже видела в гостиной. Он хихикал и потирал руки, вне себя от злобного торжества. На лбу у него краснела большая ссадина.

А у самого зеркала, так, будто они отступали к нему спиной, стояли Джесси и ещё один человек. Он носил потёртый до рыжины кожаный плащ, и у него были длинные грязные волосы, тёмно-красные.

— Джесси! — хотела закричать Эва, но вихрящиеся вокруг потоки приковали её к месту, как размазывающая по стене центробежная сила, и она не могла шевельнуть ни пальцем, сложно было даже дышать.

Но если мы все стоим здесь, парализованные, как же мы поможем Джесси, подумала она в ужасе, и тут Алан сделал шаг вперёд. Видно было, что этот шаг стоил ему усилий, и пространство подалось неохотно, со зловещими щелчками, с какими разбегаются по стеклу трещины. Эва похолодела при мысли, что одно-единственное чрезмерное усилие — и вся библиотека вместе с воздухом и их телами разлетится на зеркальную пыль.

Но Алан сделал ещё шаг, и ещё, и ещё один, и наконец подошёл к зеркалу вплотную.

— Взгляни на меня, — сказал он почти шёпотом.

Человек с красными волосами вздрогнул и дико заозирался.

— Я знаю, что ты слышишь. Взгляни на меня.

Красноволосый оглянулся через плечо, и в колышущемся мерцании зеркал Эва с содроганием увидела его лицо, худое настолько, что под кожей проступали все кости черепа. Из глубокой тени глазниц смотрели расширившиеся от страха глаза с бледной, почти бесцветной радужкой и крошечными точками зрачков. Эти глаза остановились на Алане, высохшие губы двинулись, и Эва услышала тихий голос, совсем молодой и чистый, который был ей знаком:

— Вы её?

Джесси встрепенулась и оглянулась тоже, но её взгляд скользнул мимо, и Эва поняла, что Джесси их не видит и, скорее всего, не слышит.

— Вы её?

— Да.

Зеркальные манекены приблизились с тем же пронзительным скрежетом.

— Вы ей поможете? — торопливо спросил красноволосый.

— Если ты нам поможешь.

— Он убьёт меня.

— Он не убьёт тебя.