Рыжая

― Двуличное чудовище. Всё просчитал. Почему я раньше ничего не замечала? ― Ты же знаешь, что я люблю порядок. ― Ни одно оправдание не способно смыть с тебя такую грязь, ведь она уже не была снаружи, а просочилась глубже к самому сердцу.

― И я был огорчён тем, что моя лучшая сотрудница.

― Лучшая сотрудница, которой ты снижаешь зарплату, орёшь и запугиваешь?

Он поднял голову, в глазах сверкал гнев, однако поведение совсем не соответствовало взору — голос так и остался блеющем. Волк в овечьей шкуре.

― Ты моя единственная поддержка.

― я не одна,― тут же отрезала я и отвернулась.

Он вновь посмотрел на меня и рассмеялся, но не по-доброму, а словно...

― Ты что беременна?

Я проигнорировала его вопрос.

― И раз уж на то пошло… Ты каждый раз угрожаешь мне увольнением, так может быть мне само́й уйти? За такую зарплату я вполне себе хорошо бы сидела в каком-нибудь магазине на кассе, да не таскалась с тяжёлыми цветами.

― Нет, ты не уйдёшь!

― Так уверен?

По его виду нельзя было сказать, что он был уверен.

― Не уходи.

― Почему я не должна уходить?

― Я дам тебе пять процентов. С того, сколько продашь доп. товаров.

― О как щедро, но это не так много, чтобы я осталась здесь в таких условиях,― я кивнула на холодильник.

Кто-то подошёл к магазину и дёрнул ручкой двери. Дима стоял молча и даже не обратил на это внимания. Его плечи заметно обмякли, глаза бегали по полкам с цветами, словно где-то в соцветиях орхидей спрятался выход.

― Ещё пять, на прибыль после нормы.

― Пятнадцать.

Ручку двери уже трепали, чтобы открыть.

― Семь.

― Двадцать.

У меня по спине пробежала сиротливая капля пота, вызвавшая за собой мурашки. Я теперь не одна, мне нужно думать о двоих. Хозяин схватился за голову, покрутился, тяжело вздохнув и сощурился, бросая руки по швам.

― Десять.

Я открыла рот и тут же сомкнула губы. Нельзя показывать удивления.

― По рукам!

И на этих словах он развернулся в сторону выхода, но я успела догнать его ещё одним условием.

― И ещё я хочу видеть договор.

Дима с силой дёрнул ручку, ругнулся, отпер замок и выскочил на улицу. Я радостно взвизгнула и обессиленно повалилась на стул.

***

Так и прошёл мой рабочий день, а потом наступил вечер. Я закрыла магазин, купила продукты и поехала домой, где меня ждали.

Пахло скошенной травой и свежестью приближающегося дождя. Над головой раздался грохот.