Рыжая

― Тихо, тихо, тихо, ― я уткнулась ей в макушку, чувствуя, как губы коснулись шерсти. Со стороны подъезда раздался гогот. Придерживая одной рукой, я достала из сумки баллончик и ключи. Нужно съезжать отсюда, когда закончится аренда. Здесь невозможно так жить. В груди появилась злость.

Я вновь схватилась поудобнее и пошла аккуратной, тихой походкой. Разросшиеся кусты, едва цепляли меня своими ветвями. Запах сгнившей древесины, и влаги ударил в нос. Около этого подъезда всегда росли высокие кусты, не дающие обогреть землю, а тень дома, только усугубляла, давно укоренившееся гниение в этом углу.

― Кс, кс, кс.

Послышались смешки. Они выглядели как гаргульи, сидящие на когда-то целой лавке. Я не отреагировала, прошла к дверям, потянулась к домофону. Чья-то рука схватила мою кисть.

― Ты чего такая… Я же по-доброму,― растягивая слова, проблеял один из мужчин.

Бедное сердце забилось в несколько раз быстрее, я слышала его тугие громкие удары, оно билось словно птичка, попавшая в силки. Лиса, вздрогнула, подняла голову, фыркнув на человека.

― Это кто у тебя? Охрипеть, решила завести собачку?

Я задержала дыхание. Сегодня меня везде преследовал запах алкоголя. Догадка пришла неожиданно и неуместно. Может все празднуют День города?

Несколько мужчин поднялись с насиженных мест, улюлюкая и кряхтя.

― Не трогай меня,― я вырвала руку вдохнув. Домофон запиликал.

Мужчина зажал дверь. Я даже не попыталась дёрнуть ручку. Чёрт. Я уже не понимала, что делать. Замерла, словно лань, увидевшая свет фонарей, едущей на неё фуры.

― Ну, может быть, с нами посидишь? Мы хорошая компания, а то ты всё бегаешь, бегаешь, ― и он наклонился ко мне ближе, дыхнув перегаром вперемежку с запахом сигарет. ― Мы тебя с братвой всё отловить пытаемся, а ты всё кипишуешь. Нехорошо. За тобой косяк.

Тут же пропал и мой баллончик, я перестала его ощущать, хоть и сжимала в руке, которой придерживала Айсэль, перестала чувствовать и лису, что грела мне грудь.

― А эту лучше отпустить,― он с силой щёлкнул лису по лбу, и я услышала глухой стук о её маленький череп. Айсэль застонала, заплакала, спрятала голову мне в шею. В этот момент я ощутила и силу, и зажатый в руке баллончик. Почувствовала гнев и отвращение.