Хроники Сьёррердаля. Замок иллюзий.

– Но не думаю, что такие уж добрые.

- Отчего же ты так считаешь? Думаешь, что к людям, живущим здесь, относятся недостаточно по-доброму? Может быть ты считаешь мою мать недостаточно доброй?

- У нас с тобой уже был один такой разговор. И кажется мы не пришли к согласию.

- О да, моя дорогая мать весьма и весьма специфический человек. Ты ведь так вроде тогда сказал? Ну что ж, каждому своё, - Руинвель рассмеялась, а потом как-то мрачно посмотрела на Сьёрда и Дерериса. – Но я пришла вовсе не затем, чтобы рассуждать о старых временах и не для того, чтобы делать вам намёки об источниках моей матери.

У меня совсем другая цель.

- И какая же это цель? – без тени любезности поинтересовался Сьёрд.

- Ох, она очень важная. Я здесь для того, чтобы выразить личном вам, Сьёррердаль, свою глубокую симпатию. И, в связи с этим, посоветовать вам убраться подальше от этого замка и не ждать окончания фестиваля, пока у вас ещё есть такой шанс.

- Не скажу, что удивлён подобным предложением и не скажу, что всё это звучит интересно.

Сначала вы доложили госпоже Тернелиль о нашем прибытии на остров, а теперь гоните нас из замка.

- Я поделилась со своей дорогой матерью информацией, - строго сказала Руинвель. – Это вовсе не значит, что я хотела видеть вас в Офелко. Вы здесь лишние и боюсь только мешаете, а потому не рассчитывайте, что сможете получить хоть что-то из коллекции моей матери. Тем более, что скоро она перестанет ей принадлежать.

- Это очень громкое заявление! – нахмурился Гвигион Дудо. – Не делай глупостей!

- А ты уже сделал их, когда привёл этих чужаков из Забытого Края в замок моей семьи! Всё, что должно произойти в стенах этого замка касается только Тернелиль и мы сами решим все наши вопросы.

И без участия чужаков с материка, - она бросила неприязненный взгляд на Дерериса, а потом снова посмотрела на Сьёрда. – Господин Сьёррердаль, из всей вашей компании мне действительно интересны только вы, как человек учёный и к тому же алхимик. Но мои новые спутники сообщили, что вы человек не слишком… Сговорчивый.

- И ещё слишком злопамятный, - заметил Йонерь, улыбнувшись. – Ведь это так, Сьёрд?

- Можешь называть меня как угодно, я знаю кто вы такие на самом деле, - заявил алхимик. – Всё также прислуживаете Моткето и ловите каждое сказанное им слово?

- А ты всё также рассуждаешь о справедливости и мнишь себя её орудием?

- Зато я не убиваю тех, кого обещал лечить.

- Как же мне не хватало всех этих перебранок, - совершенно серьёзно сказал Йонерь.