Хроники Сьёррердаля. Замок иллюзий.

- Что ж, я рассчитываю, что именно так оно и получится, - сообщил Гвигион Дудо. – Госпожа Эльвель не простой человек со сложной репутацией, но кроме неё других вариантов у вас сейчас нет. Никто больше не владеет такой коллекцией и мне приятно, что она прислушалась к моим словам. Хотя, как я понял, она и без них была готова сделать вам такой щедрый подарок.

- Это верно, - подтвердил алхимик. – По какой-то причине она заранее знала и о нашем появлении на острове и о предмете наших поисков. На самом деле, вообще всё знала.

- Поспешу сообщить, что это моя заслуга, - с явным самодовольством в голосе объявила появившаяся в конюшне женщина.

Это была Руинвель – одна из трёх дочерей хозяйки замка Офелко, которую они раньше уже встречали в Перге.

Женщина вошла медленно, снова одетая в явно дороге платье и высокие каблуки. Украшения и драгоценности сверкали так, будто она считала, что кто-то ещё не понял какое именно положение в обществе она занимает. Однако цвета её одежды были тёмными и куда больше походили на траурные, чем праздничные.

- В отличие от своей дорогой матери я ещё не успела выразить вам своё почтение, хотя конечно и не все из присутствующих его заслуживают, - медленно произнесла она, а потом с интересом посмотрела в кровавые глаза Сьёрда. – Но вас я особенно рада видеть, господин Сьёррердаль. Быть может вы и слышали о том, что наш остров – это дикое и варварское место, но поверьте, этот замок настоящее убежище для цивилизованных людей.

- А я вас совсем не рад видеть, - тут же прямо сказал алхимик. – Так значит вы рассказали о нас матери? Очень интересно, а что на счёт Металла Отрицания? Какая птичка рассказала вам, что мы его ищем?

- Разве моя мать рассказала вам обо всех своих птичках? Вот и я не буду рассказывать вам обо всём. Но так уж сложилось, что я видела вас в Перге у нашего общего знакомого и решила поделиться этой информацией со своей любимой матерью.

- Любимой это громко сказано, - произнёс с укоризной в голосе Гвигион Дудо. – Я ведь хорошо знаю о ваших отношениях, Руинвель. Кого ты здесь пытаешься удивить?

- Ну явно не тебя, Гвигион. Старый ты друг семьи во всех смыслах этого выражения. И уж точно не Гугозгена, который теперь снова ошивается возле моих сестёр. Прямо как в старые, добрые времена.

- Определённо старые, - согласился таратурец.