Лисий жемчуг

Горб, который не позволит поднять глаза, и тогда звёздным небом тебе придётся наслаждаться, глядя на лужи. Понял? Повтори, что ты понял, адепт.

– Ты сделаешь так, что у меня будет гор… – новая пощёчина заставила умолкнуть.

– Мне следует повторить это восемьдесят восемь раз, чтоб ты запомнил столь элементарные вещи? Чем забита твоя глупая голова? Повтори сколько созвездий.

– Восемь… Или четыре… – Нок Сё беспокойно унимал дрожь в руках, боясь поднять взгляд на Андрея. В родной деревне его лелеяли и угощали сахарными фруктами, директор будто учёная канарейка повторял смешные слова, позволял рассматривать иллюстрации справочников.

– Не станем останавливаться на азах, впереди нас ждут более потрясающие вещи. Что значит восемьдесят восемь?

– Может… Может… – заикался Ли Нок Сё, потирая правую щёку. – Может то, что восемьдесят восемь легендарных чародеев отправились на небо, чтоб…

Вновь пощёчина заставила умолкнуть, прижать правую руку к левой щеке.

– Ещё. – требовал Андрей, как ни в чём не бывало, рассматривая срезы книг на бесчисленных стеллажах.

– Может… Может это значит, что созвездий не больше, не меньше, ровно восемьдесят восемь. Ведь так?.. Люди слишком привязываются к цифрам, потому думаю… Всё дело в науке! Я ведь прав, я прав…

Чреда лёгких, но унизительных ударов последовало по его голове. Андрей будто в шутку постукивал Нок Сё книгой в мягком переплёте, заставив мальчика беспокойно опустить голову. На лице старшего ярче звёзд мерцала странная улыбка, голову он по привычке задрал вверх, предпочитая лицезреть увитые паутиной люстры, но не разочаровывающего ребёнка.

– Бесконечная бесконечность. Запомни, восемьдесят восемь – бесконечная бесконечность. Надеюсь, мне не придётся бесконечную бесконечность истязать книгу, чтоб хоть что-то запечатлелось в твоей глупой голове. Иногда кажется, что зачатки логики в тебе присутствуют. Ты говорил, что четыре – половинка от бесконечности, так почему не знал значение восьмидесяти восьми?

Ли Нок Сё невнятно вещал странные объяснения, мол услышал шутку про половинку бесконечности, когда высокий человек с жемчужными прядями в волосах и аметистовом костюме травил глупые шутки в компании дяди за кружкой рисового вина.

– Думаю, нам следует продолжить урок. – заключил Андрей, не желая слушать басни о персиковых садах и ежегодной закваски капусты, которой промышлял непутёвый дядя, променявший племянника на тугой кошель и золотоносные обеты.