Лисий жемчуг

Необычайно высокий и поразительно элегантный, таким мужчина явился в деревню, чьи жители промышляли ловлей чешуи дивных рыбок.

Гость не был высокомерен, как провинциальные чиновники, напротив – пожимал руку каждому рыболову, снимал шляпу перед каждой ныряльщицей, был столь обходителен, что даже самый нелюдимый из стариков почитал того за старшего сына.

Нок Сё верил человеку, что щедрыми обетами заманил в поднебесные башни, и человек ласково улыбался, когда мальчик после первых внеурочных занятий ворвался в кабинет. Рыдая и ругаясь на восточном диалекте, юный адепт потирал места ушибов, жаловался, что староста будто прокаженный в ячменном поле преследует, не даёт покоя, в его голосе бессмысленные слова приобретают пугающий смысл.

Панибратское обращение, развязное поведение Нок Сё обеспокоило бы любую уважаемую даму или степенного господина, но директор оставался спокоен, ласково заверял, что пугает только тон нового наставника.

– Вероятно, Андрей был не в духе, – говорил мужчина угощая зоркого счастливца земляникой в карамели. – Но старшие не злятся, если младшие приложат больше усилий.

Утверждал, что у старших всегда и непременно имеется причина вести себя определённым образом, но усердие и покладистость младших способны изменить отношение даже самого сурового наставника. Увы, но в обсерватории, где собраны зорчайшие представители империи, умением высматривать золотых рыбок в лучах заката никого не удивишь.

– Но… Но!.. – Нок Сё не мог подобрать слов. – Почему меня не можешь учить ты, господин? Почему ты не можешь рассказывать сказки, как прежде? Почем…

– Помолчи, малыш Ли. Нок Сё, слушайся Андрея так, как бы слушался меня. Приходи на его зов, так же, как пришел на мой. Делай всё, что он говорит, ведь теперь он твой учитель. – велел директор, поправляя жемчужную булавку на элегантном воротнике. – Золотые рыбки обжигали твои пальцы, а их чешуя была острее битого стекла, но разве ты жаловался? Напротив, с рвением тигра отлавливал бесценных существ! Но знания ещё бесценней, и Андрей та самая рыбка, чьи таланты впоследствии изменят твою жизнь к лучшему.

***

Спустя время по шелесту страницы учительского справочника Ли Нок Сё мог определить её нумерацию и прочесть хоть задом наперёд, хоть с закрытыми глазами содержание трактатов, но так и не уловил суть происходящего, не постиг глубинных причин существования обсерватории.