Двери закрываются

Добравшись до конца лестницы, Мэтт заметил алый занавес в глубине маленькой площадки, над которым, словно мотыльки в траве, между бархатных драпировок притаились драгоценные камешки.

Вдруг из зала, панически крича и на бегу выпутывая ногу из какой-то ленты, выскочил какой-то юноша и обронил шляпу с пером; Мэтт застыл от неожиданности. Незнакомец дрожащей рукой поднял шляпу и пустился прочь, пробежав мимо Мэтта.

– Что с вами? – не удержался спросить он.

– Не входи внутрь, – незнакомец обернулся на него с вытаращенными от ужаса глазами.

– А что там?

Открыв было рот, дабы ответить, незнакомец зажмурился.

– Нет, это непостижимо!!! – крикнул он, мотая головой, и кинулся к лестнице, не обращая внимания на цепи на ней.

Мэтт поёжился, невольно поднеся ко рту пальцы. 

– Неужели маг там? – других проходов или дверей кроме того самого занавеса здесь не было, – Неужели? Чёрт, жутковато здесь.

Он шагнул к занавесу.

– А ты кто и зачем пришёл сюда? – из-за занавеса подобно грому прозвучал голос.

Мэтту стало страшно.

Однако отступать было бы глупо, да и некуда.

Ну, вот и всё. Я добрался.

Мальчик в страхе отвернул занавес.

За ним был огромный зал. Было темно – видимо, здесь вообще нигде не было света, и лишь мерцание драгоценностей хоть как-то освещало помещение. Потолок был настолько высоко, что ускользал из виду.

Мэтт начал вглядываться во тьму зала. Когда его глаза более-менее привыкли к темноте, он рассмотрел в дальнем краю зала ступеньки, которые вели к огромному трону из алого бархата.

На этом троне изящно вырисовывался чёрный силуэт восседавшего на нём мужчины. Окружавшая его темнота не давала толком рассмотреть ничего, ни одного элемента его облика, даже лица. Только руки, бледные до синевы, были видны лежащими на подлокотниках. Его пальцы, тонкие и длинные, были увешаны кольцами с обилием драгоценных камней. И наконец – его глаза, которые словно два огня – фиолетовый и изумрудно-зелёный – горели посреди тьмы.

– Говори, зачем явился в Карточный дом, – теперь было точно ясно, что обладателем голоса является именно этот мужчина на троне.

Его глаза злобно сверкнули.

Мэтт зажмурился, испугавшись этого чудовищного взгляда. Он словно полоснул ножом по его собственным глазам.

– Говори прямо! – прорычал мужчина.

Мэтт не мог осмелиться посмотреть на него. Этот взгляд прожёг его насквозь. Мальчик совершенно не находил в себе сил посмотреть прямо. Таких глаз он больше никогда ни у кого не видел.