Двери закрываются

 – Представь карту линий метро, но более большую, – Волшебница взяла конфетку из находившейся на столе коробки и отправила её в рот, – Карту, в которой линии соединявают станции на многих планетах, – она прожевала и проглотила конфетку, – Круто, да?

Мацуи схватил руками голову и отвернулся.

– Это просто спецэффекты, Мацуи, просто голограмма… Эй, ты чего творишь, дурак? – он заметил Мэтта, который в тот момент подошёл к столу.

– Конфетку ем, а что?

– Выплюнь эту отраву, ты ещё не знаешь, из чего она сделана!

– На вкус как апельсинка.

– Пффф, – Мацуи отвернулся и хотел было уйти из комнаты, как его взгляд встретился с взглядом Волшебницы; она встала рядом с Мацуи так, что тот в итоге оказался под её шляпой, словно под крышей – широкие поля самые лучшие.

– Почему ты просто не поверишь струнам, как твой друг?

Едва Мэтт собрался спросить, откуда она узнала, что он легко поверил в струны – ведь он об этом ни слова не сказал, как он вспомнил, что она сама назвала себя магом, так что ей наверняка лучше знать.

Вера в странные вещи о Вселенной никогда не была Мэтту чуждой, ведь он с детства был поклонником чёрных дыр, инопланетян и пронзительной фантастики. Перед сном Кэтрин много рассказывала ему истории о полётах в космос кроме сказок о волшебстве и говорящих животных. Даже если доходило до историй о рыцарях и королях, то они обязательно были инопланетные. 

Но, не смотря на это, Мэтт всё равно был поражён до глубины души. И, тем не менее, ему куда проще было это принять, чем его радикально преданному логике однокласснику.

– Действительно, Мацу, не груби тут, – проговорил Мэтт тихо, – Если мы смогли сюда приехать, то и обратно уедем.

– Конечно! – Волшебница потрепала Мацуи за щёки, прежде чем отойти от него, – Старчейзеры довезут вас куда захочете, по любой дороге, к любой планете и галактике! Во имя Системы!...

– Мне не важно, какое у неё там имя, я просто хочу домой побыстрее… – услышала она, как Мацуи пробормотал сквозь зубы.

– Ой, – она остановилась, – Извиняйте, солнышки, у меня разыгралось сдохновение.

Мальчики посмотрели на Волшебницу в неловкой тишине.

– Что не так, солнышки?

– Вы имели в виду… вдохновение? – наконец спросил Мэтт.

– Да, точно, вдохновение! – она улыбнулась и похлопала в ладоши, – Извиняйте, я не очень хорошо говорю по вашему языку. Вы меня простите?

В тот момент лицо мага напоминало лицо маленькой девочки лет пяти, которая пыталась уговорить родителей дать ей шоколадку.