Далеко ли до весны?

Сама она вдаль смотрела, глаза большие и темные, а верхняя губа острая, с галкой, точно и вправду клювик.

— Сам себе царь, сам себе конь. Но в первую очередь, конечно, славный молодец. Для царя слишком молод, для коня — симпатичен. Чего молчишь? — И она впервые за все время заглянула мне в глаза.

— Откуда знаешь, как меня зовут?

Девчонка рассмеялась. Приятный смех, звонкий.

А я ведь и вправду Иванушка. Ваня. Валентина, Александр, Наташа, Я. Спасибо маме и ее безграничной фантазии. До появления старшей сестры оставалось еще три года, а мама уже знала, что она родится.

— Зачем обернулся? — спросила девчонка.

— Ты знала, что обернусь.

— Ну, знала. Много чего знаю.

Я потянул руку к плечу — благо, рюкзак оказался с собой. Думал зайти в магазин на обратном пути, пока есть какие-никакие деньги.

Перо слегка помялось за три месяца, но я понадеялся, что девчонка этого не заметит. Протянул ей потерю, и перо мягко осветило ее хрупкие ладони, зажгло в глазах коварные огоньки.

— Не понравился подарок?

Рыжие волосы, рыжее перо и глаза теперь тоже рыжие.

— С того самого дня всё пошло наперекосяк, — признался я.

— Знаю, — она пожала плечами.

— Но почему?

— Птица счастья завтрашнего дня… слышал такую песню? Ну или голубь, к лапкам их привязывали записочки. Что, я считаю, совсем негуманно, — и покосилась на свои джинсы. Странное это было объяснение.

Я только сейчас заметил — но девчонка будто и сама светилась, вся целиком.

— Птица счастья разве не синяя? — сам не знаю, почему мне всегда так представлялось.

Девчонка пожала плечами.

— А ты и вправду птица?

— Ну, видишь, — она посмотрела на меня недобро, и я мгновенно понял, что она никакая не птица, а ведьма, — у меня нет ни крыльев, ни хвоста. Если я птица, то явно какая-то дефектная. Еще у птиц нет зубов, — она широко улыбнулась. Зубы у девчонки были белые и ровные, и, если бы я в самом деле нуждался в жемчуге, то сейчас бы обрадовался — нашел.

А затем она напрочь опровергла собственные слова. Залезла под куртку и вытащила еще одно перышко. Чуть меньшего размера, с розовым отливом, светилось оно ничуть не хуже предыдущего.

Девчонка воткнула перо за ухо.

— А если бы не подобрал?

— Ничего страшного. В том смысле, это бы тебе не помогло.

— Так кто ты тогда?

— Я еще и пою плохо, — призналась зачем-то девчонка.