Малышка и Карлссон 2. "Пища, молчать!"

Катя даже пискнуть не успела, как тролль уже уселся на полу напротив, после чего зычно крикнул:

– Жена!

– Да, муженек? – донеслось из‑за двери.

– Сделай‑ка нам что‑нибудь перекусить!

Скаллигрим обернулся к Кате:

– Что‑то я устал. Хотите есть?

– Я бы лучше чаю,– осторожно сказала Катя. Дегустировать пищу троллей, даже тех, которые пообещали не есть человечину, она не собиралась.

– Слышала? – обратился Скаллигрим к двери.– Сделай девице чаю.

– Ча‑а‑ай? – протянули за дверью с отвращением.– А где я его возьму?

– А где хочешь! Чтобы через пять минут чай был!

Троллиха, ворча, удалилась.

– Что ж, приступим.

Катя пересела в кресле поудобнее, подогнув под себя ноги.

«Это ради блага Карлссона»,– подумала она. И сказала:

– Я знаю людей, с которыми Карлссон уехал из России.

Тролль с сомнением покачал головой:

– Думаю, что этих людей уже нет в живых. В дороге ведь надо чем‑то питаться.

– Да вы что! – возмутилась Катя.– Карлссон не людоед!

– Я имел в виду не только шурина,– заметил тролль.

Катя добросовестно начала вспоминать, но ее размышления были прерваны воплями, звоном разбитого стекла и топотом. Дикие звуки доносились снизу, кажется, со двора.

– Ой, что это? – вскрикнула Катя.

Словно в ответ на ее слова, из окна, перешагнув через подоконник, появилась троллиха. В руках она держала кипящий электрический чайник со свисающим сзади проводом и помятый пакет «липтона».

– Сейчас за чашками схожу.

И, махнув пестрым подолом, исчезла за окном.

– Печенья прихвати! – крикнул ей вслед тролль и снова обратился к обалдевшей собеседнице.

– Катя, давайте сделаем так – вы просто расскажете мне обо всем по порядку. Не упускайте ничего, даже деталей, которые покажутся вам незначимыми. А выводы я буду делать сам. Итак, еще раз, с самого начала. При каких обстоятельствах вы познакомились с Карлссоном?

Глава десятаяКатя соблазняет троллиху «Вечной молодостью»,а Скаллигрим объявляет, что намерен взять след

Женился шведский кузнец на дочери тролля.

Поначалу кузнец жены немного побаивался: троллиха все ж таки, но со временем осмелел, поколачивать ее стал, особенно когда выпьет. А рука у него тяжеленькая была (кузнец, как‑никак), так что доставалось жене изрядно.