Катализатор

Он подтянул к себе за ремень валявшуюся на полу сумку, извлёк из неё небольшой походный термос.

– Это долгая и скучная история.

– Ну и что? – Крис отвинтил крышку, и по лаборатории поплыл сладкий кофейный запах. – Тело, находящееся в состоянии покоя, стремится оставаться в состоянии покоя. И в ближайшие полчаса я планирую старательно иллюстрировать этот закон.

Он ещё не успел поднести термос ко рту, как Рэд остановил его руку.

– Ты себе сердце до первой космической решил разогнать? – поинтересовался оборотень.

Крис задумался. Всё-таки поднял наполненный вожделенным напитком сосуд к лицу. Вдохнул густой аромат, стараясь, чтобы он заполнил всю носоглотку. Как будто хотел почувствовать не только запах, но и вкус. Порадовался возможности сделать такой долгий и глубокий вдох. После чего завинтил крышку и с сожалением сунул термос обратно в сумку.

– Не увиливай, – подначил он Рэда.

– Я плохой рассказчик.

– Врёшь. Я до сих пор помню истории, которые ты нам с Тиной рассказывал.

Даже родители заслушивались. Вот и расскажи так же, но правду.

А тогда что, по-твоему, было, глупый ты мальчишка?

– Ну хорошо, – сдался Рэд. – Об острове в Южном океане я тебе рассказывал? Рассказывал. О тиграх, которые живут в нетронутых человеком лесах? Тоже рассказывал. О людях, которые могут общаться с тиграми и живут с ними бок о бок, не нарушая изначального порядка? Тоже. Вот теперь представь, что всё это – правда…

* * *

На самом деле, конечно, не совсем всё.

Не было на Острове людей, живущих рядом с тиграми. Были тигры, предпочитавшие оставаться тиграми, и тигры, сделавшие другой выбор. Как им казалось, другой. 

Выбор давался каждому. Таков был порядок, пришедший из глубины веков – из такой дали, что даже старейшины племён едва ли владели знаниями о его зарождении. Возможно, из тех времён, когда тигры, одарённые полем, ещё не настолько сблизились с людьми. Когда продолжительность жизни уже увеличилась, но ещё не развился в достаточной степени разум, не сформировалась сложная речь, позволявшая контактировать с заокеанским миром.

Когда жизнь была чередой ритуалов, а решения скреплялись кровью, и только кровью. Нет ничего более стойкого, чем ритуалы, какими бы бессмысленными ни делало их время.

Семнадцатилетний тигр, у которого ещё не было человеческого имени, об этом не задумывался. Всё его существо было захвачено мечтами о том, как он будет жить, когда станет человеком.