Катализатор

Если бы он не прогнал её, если бы вынырнул ненадолго из научных бесед с приезжим профессором, если бы позвонил… Он ничего не смог бы изменить – полевая лихорадка неизлечима. Но он был бы рядом! Справиться с потерей оказалось нелегко, но Эштон смог вернуться к жизни. Он избегал воспоминаний и, узнав о том, что сестра Пэт выздоровела, постарался просто забыть об этом. А когда не вышло, убедил себя, что уже слишком поздно и неуместно проявлять участие.

Но если бы дело было только в скорби… Оставалось ещё кое-что, до сих пор не дававшее ему покоя.

Самым страшным было то, что эта обида, это сожаление, притупившись за четыре года, не исчезли до конца. И оживали при каждом взгляде на повзрослевшую Джину Орлан.

– Я решила уйти с истфака.

Эштон с трудом подавил вздох облегчения и наконец решился снова посмотреть на собеседницу.

– Почему?

– Это чужая жизнь. Я не могу прожить её за Пэт. Попробую найти что-то своё. Поступлю в медицинский. Кажется, у меня неплохие способности. Тем более так будет безопаснее. – Её губы улыбались, но глаза оставались подозрительно серьёзными.

Эштон вопросительно нахмурил брови.

– Я же не дура, мистер Скай, – усмехнулась Джин. – И не слепая. Тебе больно на меня смотреть. Настолько, что ты задушил бы меня, если бы это могло вернуть Пэт. Не хочу тебя провоцировать.

Он заставил себя улыбнуться.

– Тебе нечего бояться. Я бы никогда не убил человека. Даже если бы это могло что-то изменить.

Интересно, кого будет сложнее убедить в искренности этих слов? Её или себя?

– Хорошо, что мы никогда не сможем этого проверить, правда?

После аварии Эштон часто ловил себя на невольном вопросе: что, если бы на месте Джины оказалась Пэт? Если бы невозможный, неизвестно откуда взявшийся дар достался старшей сестре, и невидимый, но постоянно чувствующийся поводок связал его с девушкой, с которой он и без того надеялся всегда быть рядом.

Эти фантазии были приятными, но слишком далёкими от реальности. Эш очень быстро понял: ничего бы не было. Потому что любящая и преданная, но нежная и мягкая Патриция не смогла бы его спасти. Податливая, как глина, она не стала бы противиться воле своего скульптора.