Грызлобич

***

Часы пробили половину шестого, и в тот же миг пружина в кресле, пробив обивку, впилась мистеру Грызлобичу в мягкое место. Он вскочил на ноги, потирая не столько свой уязвленный зад, сколько уязвленную гордость. Неприятное происшествие настигло мистера Грызлобича, когда он дремал – оно приключилось так неожиданно, что сперва он решил, будто ему все приснилось. Однако торчащая из кресла пружина и собственные болезненные ощущения мгновенно убедили его, что все это происходит наяву.

Он зевнул, потом чихнул, потянулся, согнулся, разогнулся, похрустел хребтом, пожевал губами и бросил взгляд в окно – стемнело.

И хоть мистер Грызлобич предпочел бы быть разбуженным более мягким образом, пружина вырвала его из мира туманных улочек и темных закоулков мира сновидений как нельзя вовремя. Пора идти…

Он влез в пальто и обмотал шею шарфом. Сняв с крючка свой шапокляк, мистер Грызлобич растянул его гармошечную тулью таким образом, чтобы он превратился в высокий цилиндр.

Спрятав маску в карман пальто, он покинул квартирку.

Еще за пол лестничного пролета заслышав довольное кошачье мурчание, мистер Грызлобич усмехнулся: ты-то мне и нужен.

Рыжий Моби ужинал молочком и демонстративно делал вид, что не замечает подошедшего соседа, но мистер Грызлобич сегодня был не из тех, кто позволяет котам себя игнорировать.

Он схватил Моби за шкирку. Зверек попытался его цапнуть, но мистер Грызлобич щелкнул того по носу.

Подойдя с вырывающимся котом к двери под бронзовым номером «14», он развернул Моби и придвинул его прямо к щели для газет, после чего умело стиснул его. Кот взвыл и выпустил в щель желтую струю.

– Будешь знать, Браммин, как кашлять в мою замочную скважину! – расхохотался мистер Грызлобич и, как следует выжав кота, отпустил царапающееся орудие своей мести, после чего, весьма довольный собой, продолжил путь.

Работа ждала, но он мог себе позволить опоздать. Тем более месть своему заклятому врагу, по мнению мистера Грызлобича, была достойным оправданием для опоздания.

Будет Браммину урок – не с тем он связался.

С прекрасным, как от неожиданно появившегося на тарелке тортика, настроением мистер Грызлобич вышел на улицу. Его встретила хмурая осень. Он любил осень – и чем хмурее – тем лучше.