Блюз одинокой горгоны

 – И вам здравствуйте, – сказал Самсонов, отгоняя навязчивые мысли прочь.

 – Присаживайтесь. – Она указала на диван, стоящий прямо напротив кровати.

 Когда сыщики расположились на мягких подушках, Наташа обратилась к Науму, все еще стоящему у двери:

 – Ты уже ввел их в курс дела?

 – Частично, – ответил подвальный, сложив руки за спиной.

 – То есть?

 – Я говорил с господином Самсоновым. Господин Баревин пока ни о чем не знает.

 – Почему она в повязке? – прошептал Гена.

 – Сейчас они тебе сама все расскажут… – прошипел Самсонов в ответ.

 – Господа, – произнесла Наталья.

 Максим готов был поклясться, что чувствует ее властный, несколько надменный взгляд. Но как такое возможно, если ее глаза похитили? Загадка.

 «То ли еще будет!» – усмехнулся внутренний голос.

 – Я несказанно рада, что вы согласились помочь даме в трудную минуту, – продолжила девушка.

 – О реальной помощи пока говорить рано, – спешно заметил Самсонов. – Прежде мы бы хотели уточнить кое-какие детали, чтобы понять, верно ли мы… все поняли.

 – О чем идет речь, шеф? – вполголоса поинтересовался Баревин.

 – Госпожа Игнатьева хочет, чтобы мы нашли… кое-какую вещь, которую у нее украли, – отозвался Максим.

 – Вот как? И что же это за вещь? – не унимался Гена.

 – Значит, это и есть господин Баревин, с которым ты не успел переговорить? – спросила девушка, обращаясь, по-видимому, к Науму.

 – Да, он, – чинно кивнул подвальный.

 – В таком случае я сама попробую объясниться, – сказала Наталья. 

 Она вновь повернулась к детективам. В каждом движении горгоны чувствовались уверенность и сила. Наверное, так и должна себя вести наследница великого рода, имя которого до сих пор живо в легендах и мифах.

 – Я хочу, чтобы вы отыскали мои глаза, – тихо, но твердо сказала девушка.

 – Что вы сказали? – переспросил Гена. – «Глаза»?

 – Именно так, – подтвердила Наталья.

 – Но… разве можно похитить… глаза? И, если можно, то… зачем это делать?

 – Затем, что я, господин Баревин – горгона, и мой взгляд имеет свойство превращать людей в камень. Признаться, теперь мне даже кажется странным, что глаза не выкрали намного раньше.