Подземная Канцелярия

– Мммм, – внятно сказал Серега и попытал счастья с другим глазом.

О том, чтобы задействовать какую-то другую часть тела, сейчас и речи не шло. Серега не знал, какой сплав считается самым тяжелым в мире, но у него создавалось впечатление, что ему отрезали его родные руки и ноги и заменили их на протезы из этого сплава. На что ему заменили голову, он старался не думать.

– Мммммм!

Второй глаз оказался сговорчивее. Он поддался усилию воли, дернулся и открылся. Еще минут пять ушло на фокусировку.

Перед Серегой оказалось лицо. Лицо было помятым и страшным. Еще оно было мужским и лежало почти вплотную.

– Ни фига себе! – сказал Серега.

Его первой кошмарной мыслью было, что он допился до педерастии, весьма популярной в светских тусовках. Вряд ли бы он подписался на это дело по своей воле, но если был пьян в хлам…

– Гррр…

Но никаких посторонних ощущений в теле, окромя привычного похмельного синдрома, не ощущалось, и тут до Сереги доперло, что лицо является его собственным и что лежит он, пялясь на свое отражение в зеркале.

Но в спальне зеркала нет. И все же обстановка казалась ему знакомой.

Где я?

Серега скосил глаз правее и увидел ботинок. Ага, теплее, подумал он. Вот и второй. Я в прихожей, сплю на коврике, как собака. Хорошо хоть, до дома успел дойти, а то упал бы на улице и замерз к чертовой бабушке. Посреди лета.

Болели ребра с левой стороны и правый кулак. Напрягаясь подобно тяжелоатлету, выжимающему рекордный вес, Серега поднес кулак к лицу.

– Дрался, – констатировал Серега. – Эх, говорила мне мама: не доведут тебя, сыночек, до добра литературные споры.

– И было ему очень нехорошо, – сказал он, шевеля ногами, как придавленная бетонной плитой черепаха.

– И станет ему еще хуже, – сказал он, вставая на четвереньки.

Лишь бы успеть доползти до туалета.

Успел.

В какие-то определенные моменты жизни обычно неудобные совмещенные санузлы бывают весьма кстати.

Когда из крана полилась горячая вода, Серега был более-менее вменяем. Наполнив ванну, он собирался отлежаться в ней несколько часов. А Сашке ведь на работу, злорадно подумал он, да и у Гоши дела, вот им сейчас хреново приходится.