Спящий Ангел

Она увидела, как Максим даёт по паре сотен школоте и те бегут к стенке бройлерки и начинают срывать листовки.

Ева подошла ближе. Эти листовки она хорошо запомнила. Ева подошла к Максиму и, не здороваясь, достала такую же листовку из кармана толстовки. Протянула ему. Без слов. Посмотрела в глаза. Прямо.

Он отвёл взгляд. Предательский стыд подсветил щёки. Он начал оправдываться, мол, это требование Управы...

Ева знала, что это не так: Управа спустила листовки библиотеке и поручила библиотекарям распространить.

- Эти толстосумы совсем оторвались от жизни, даже бедных малышей не жалеют, - подыграла Ева словам Максима. – Я так и думала, что нельзя положиться ни на кого, кроме себя и друзей. Давайте сейчас подыграем Управе, ночью расклеим листовки по всему району, так сказать, в режиме инкогнито.

Максим, обычно уравновешенный, стушевался, попытался уйти от темы.

Его спасла Рита. Девушка выхватила листовку из Евиных рук и уверенно распорядилась:

– Конечно, возьмём работу, организуем поиск.

И если бы Ева не чувствовала Риту на внутренней карте, то поверила бы её ультимативной уверенности. Но Ева чувствовала напускную фальшь. Рита уверенными словами воевала против неё, Евы.

- Спасибо, Рита, - Ева с трудом подавила гадливую улыбочку, так и рвущуюся на лицо.

- А она молодец, - уважительное от Риты в спину. – Не стоит в стороне.

Не успела Ева отойти, как телефон завибрировал. Ничего особенного, обычное оповещение – таких за день приходит несколько десятков. Но именно это откликнулось болью. Ева достала телефон, открыла сообщение. Неизвестный скинул ей коллекцию голых женских фото. Ещё вибрация. И к фото прибавились видео.

Ева уже начала убирать телефон обратно, как сработало узнавание.

Ей прислали не просто странный спам или приглашение в виртуальный бордель. На фото была светленькая девочка, Лена, которая недавно появилась в Ритиной команде лучниц.

Ева могла не оборачиваться: она почувствовала, как вспыхнула Рита.

Обернулась. Да, Рита смотрела в телефон. Лицо её налилось кровью, запульсировала венка на лбу, а костяшки, сжимавшие мобильник, побелели. Телефон жалостливо хрустнул и сложился гармошкой в её руке.