Облака над городом

— Если сделаешь для меня одно дельце, могу даже показать его фотографию.

— И что же за «дельце»? — хмыкнул Коллин, уже приготовившись к худшему.

— Надо убить одну воровку, которая испортила мой бизнес, — сказал он уже тише. — Нападение ангела, даже бывшего, не вызовет подозрений и никто не станет это дело расследовать.

В своей прошлой благонравной жизни Коллин отверг бы такое предложение не задумываясь, но стоило ему подумать о наглой бесовке, по чьей вине он загубил человека до Искупления, как барашек невольно нахмурился и объявил, что берётся за дело.

Правда, уже на выходе из клуба Коллину что-то запорошило глаза и он долго тёр их, облокотившись на стену, а отняв на ладони, увидел пыль от ещё немного осыпавшегося нимба.

* * *

Воровка оказалась девяти футов ростом и семи футов в талии, и рядом с ней Коллин выглядел бело-сиреневым шмелём. Ангел даже сомневался, что освящённые пули станут для этой великанши чем-то опаснее шмелиного укуса.

Едва высовываясь с крыши над внутренним двором трущобы, где громадная демоница умывалась у колодца, Коллин целил ей в голову, стараясь убедить себя, что это не будет убийство безоружного, беззащитного существа.

Вот только копыто никак не хотело спускать курок. Одно дело — изгонять из мира людей совратителя душ, и совсем другое стрелять в кого-то у него же дома, причём по поручению иного демона!

Демоница заметила блеск дрожащего дула, бросила ведро и подняла руки:

— Эй, наверху, сбавь аборты!

«Не разговаривай с ней, потом не выстрелишь!» — пискнул внутренний голос Коллина, но было уже поздно:

— А ну не двигаться! И не… Не взвывать к адским силам, вот! — Коллин прицелился как можно вернее.

— Кто тебя прислал, облачко? — почувствовав его страх, грабительница сама начала вести допрос. — Начальник рыгаловки или небесная бюрократия?

— Он не сказал своё имя, но выглядел весьма противно, — сказал Коллин.

— Не вещь. Знаешь, как наставить рога мужу, не изменяя ему? Свести его любовницу с другим мужчиной.

— Понимаю, семейный разлад, — опустил оружие барашек. — Он не мог удовлетворить тебя как женщину, закомплексовал, завёл любовницу, а ты лишила его регулярного секса, всё как у людей.