Хранить и защищать

Но быстро взяла себя в руки и уверенно закивала: «Да-да, конечно». Однако, услышав условия завещания, вновь не совладала с собой:

— Как это «родственников не селить»? Как это «не продавать»?

Натаха возликовала — таинственная родственница отдала квартиру в её личное пользование. А то, что двадцать лет жилье нельзя продавать — так это мелочи.

Подписав документы и получив ключи, Натаха с мамой выбрались на улицу. Ехать смотреть квартиру решили завтра, тем более что будет выходной. Вспомнив коварное крыльцо, Натаха отправилась ночевать к маме — убиваться впотьмах не хотелось гораздо больше, чем выслушивать ее капанье на мозги.

Спалось ей в ту ночь отвратительно, снилась всякая дичь: вороны, кошки, аквариумы, какая-то настырная тётка, сосед с дрелью… От сверлежа она и проснулась, обнаружила, что за окном светло, а из кухни доносится дивный запах оладушков.

Выбравшись из-под одеяла, Натаха прошлепала на кухню.

— Вот, — укоризненно сказала мама, указывая на полную тарелку румяных кругляшей, — там-то тебе, в твоей шикарной квартире, никто такого не напечет.

— Может, она не шикарная, — ответила Натаха, цапнула одну оладью и принялась жевать.

— Ну да, — усмехнулась мама, — видела я это жилье из старого фонда — тогда строили на века, не то, что сейчас. С другой стороны, — задумчиво добавила она, — ты теперь богатая невеста, с такой-то жилплощадью тебя кто угодно замуж возьмет.

— Не нужен мне кто угодно, — в стотысячный раз сказала Натаха, — и замуж я не хочу.

— Вот именно, а часики-то тикают, между прочим.

Далее по программе ожидались угрозы десятью кошками и смерть от обезвоживания. Слушать все это не хотелось категорически.

— Тряпки! — воскликнула Натаха, выпрыгивая из наезженной колеи. — Надо взять тряпки! Там, в этой квартире, наверняка грязища, придётся все отмывать.

— Пожалуй, — согласилась мама. — Тряпки, ведро и порошок.

Так и поехали.

Глава 2

— Ну вот, я же говорила! — воскликнула мама, с такой гордостью обозревая крепкую старинную двухэтажку, словно строила ее сама. — Не дом, а ух! — она потрясла крепко сжатым кулаком.

— Может, он только снаружи «ух», — из вредности сказала Натаха. Дом ей понравился, а главное, тут не было никаких ступеней у входа, а дорожка, ведущая к двери, темнела очищенным асфальтом

В подъезде тоже оказалось неплохо — чисто, просторно, пусто.