Сердце матери

一 Мама, я… я… 一 не отпуская ни на секунду Оливер чуть-чуть отпрянул от неё, чтобы рассмотреть получше. 一 мне так тебя не хватало.

一 Я знаю дорогой, знаю! Но иначе было нельзя. Только так я могла спасти вас с сестрой.

Треск усилился, и кристально белое пространство начало трескаться будто стеклянный шар, обнажив непроглядную тьму за её пределами.

一 Дорогой, дорогой, послушай, 一 Оливер, казалось, совершенно не замечал происходящего, 一 Нам нельзя говорить. Это против правил. Само мироздание против этого!

一 Мне плавать! 一 Возмутился юноша, 一 Главное ты рядом!

一 Мальчик мой, 一 Мама тепло улыбнулась, 一 Я тоже скучаю, но времени совсем нет, а сказать нужно многое.

Послушай, 一 она нежно провела рукой по его растрёпанным волосам, 一 Зло совсем близко. Дагон совсем близко! Всё пережитое нами ранее будет напрасно, если ты не остановишь того, кто небывалыми технологиями и твоей кровью открывает прямо сейчас портал в ад.

Пространство вокруг стало трескаться всё сильнее.

一 Нет, 一 запаниковал Оливер, 一 слишком мало времени! Почему его так мало!

一 Ничего дорогой, 一 она обняла сына и прижала его к груди, 一 Помни, что я люблю тебя и иди только вперёд! Передай сестре и отцу то же самое, а Аваддон, спасибо! Ведь я не ошиблась в ней.

Слова матери придали Оливеру сил и тут среди рушащегося мира света, всё больше и больше охватываемого тьмой, его осенило:

一 Ма! А заклинание! Твоё заклинание, что соединило нас с Ви, то есть Аваддон, как его снять.

Алиция заулыбалась.

一 Дорогой! У меня ничего не вышло, мне помешали.

Я вас лишь подтолкнула своим заклинанием, но вы, ваши души сами нашли друг друга. Вы соединились не потому, что чья-то чужая воля сковала ваши души, а потому что сами того захотели, и разделится можете так же.

Эти слова хлестнули Оливера, будто ведро ледяной воды и весь мир света вокруг, рассыпался в мириаде блестящих осколков. Видение матери исчезло, а юноша осознал себя перед телом Виктории посреди руин старого замка, там откуда началось приключение его разума.

一 Мы сами куём свою судьбу.

一 Произнёс Оливер.

Придя в себя и вытерев слёзы, он увидел довольно суетную картину, вполне отражающая наяву то, что происходило сейчас в глубинах его души.

Розмари, по-видимому исчерпав на сегодня свои силы, лежала без сознания. Эшли и Ленни скакали вокруг Малькома, будто успокаивая его, прося что-то не делать, но всё тщетно. Внутренняя волчья суть не выдержала очередного прикосновения лунного света и без того высокий и крепкий Мальком вдруг стал расти в размерах.