Сердце матери

Сказывались, видимо, несколько тысяч лет прожитые ею в абсолютно естественной среде, где не могло быть и намёка на все эти причудливые современные технологии, которые, к слову, древняя вампиресса осваивала с превеликим удовольствием (особенно те, что не светили им в лицо искусственным светом). У доктора Кристофа Краузе была правда своя гипотеза на этот счёт. Он думал, что если говорить в контексте вампиризма, то современные источники света достаточно близко имитируют реальный солнечный свет, как известно, пагубно влияющий на их вид, что и ощущает Виктория.

Вампиресса считавшая, что лучше любого доктора знает, что с ней происходит, была категорически не согласна с этим мнением. Как бы там ни было, касаемо этого вопроса эти двое сходились лишь в одном. Проблема, скорее всего, носит психологический характер, так как Виктория в любом случае не может получить повреждения от солнца, так как Оливер пусть и аномальный, но человек, а людям, как правило, солнце не вредит так, как вампирам, которые рискуют сгореть на нём заживо.

Вот и сейчас Оливер шагал от лифта по коридору с припущенной головой и задавался вопросом, а что, собственно говоря, ему такое сделали все эти источники света, что он их так не любит?

一 Вот пришли, 一 произнёс он, дойдя до двери с табличкой, на которой было написано «Др. Дэвис».

«Ну ка, дай мне порулить чутка, 一 произнесла Виктория всё так же только для Оливера».

一 Так, только обещай, что он останется цел и здоров, ок?

«Как скажешь зануда».

一 Хорошо, управляй.

Только лишь эти слова соскочили с его губ, как прямо на глазах его кожа приобрела более бледный оттенок, глаза налились кровью так, что даже потемнели окружающие их сосуды, а верхние, по-звериному острые, клыки удлинились в два раза, обнажив дикий оскал.

Дверь кабинета как раз отворилась и не успел из неё показаться Доктор Стенли, как два вампирских клыка впились в его шею. Только это было сделано, как через полости в клыках, в тело жертвы попал особенный одурманивающий и парализующий яд, а сознания Оливера и Виктории закрутились в калейдоскопе из воспоминаний доктора.

Увидели они многое, даже больше чем хотели. Разные эксперименты хранились в его голове: с их собственной кровью, над животными, живыми и мёртвыми, даже над людьми, но больше всего поразила их последняя картина. Они увидели связанное, злое, человекоподобное существо с такой обгорелой и красной кожей, будто бы оно только вылезло из пожара.