Хроники Сьёррердаля. Где яд там всегда секреты.

При таких условиях яд должен был храниться где-то в особняке, по-другому быть просто не могло. И совсем скоро к его удовлетворению пёс снова залаял возле большого и широкого шкафа.

- Капли с листьев Дерева Едких Слёз при попадании на кожу вызывают лёгкое головокружение и небольшие пятна на коже, - рассказывал Сьёрд, когда они ещё ехали в экипаже. – И если собирать эти листья на кладбище мог кто угодно, то готовить яд она должна была сама.

- Но она могла делать яд в перчатках, - возразила Дильчия.

- Могла, но судя по тому, что я видел, где-то она всё-таки прокололась.

- А что такого ты видел? – не понимала женщина. – И потом, у неё вроде нет никаких пятен. Как и у всей прислуги.

- Так это и понятно, если он смогла сделать такой яд, то и в других интересных зельях должна разбираться, - сказал Сьёрд и потом объяснил. – Пятна сходят лишь через несколько дней. Но умный и достаточно образованный алхимик знает, что можно изготовить зелье, которое заставит их исчезнуть значительно раньше. Однако у этого зелья есть один побочный эффект.

- И какой же?

- Человек, выпивший такое зелье, становится источником специфического запаха, который различают только собаки. Он буквально приводит их в неистовство. Очень любопытное зрелище.

- Всё понятно, - произнесла Дильчия и с улыбкой повернулась к окну. – Та сцена в саду, когда на Эггиаль лаяли её собственные собаки.

- Если моя догадка верна, а я в этом не сомневаюсь, то Сэр Инденклентон залает как никогда, стоит нам только приблизиться к этой женщине, - сообщил Сьёрд, потрепав пса по голове.

Он рассчитывал на то, что собака найдёт следы работы Эггиаль, доказывающие и то, что она изготовила и яд, и зелье, в итоге выдавшее её. И Сэр Инденклентон его не разочаровал. Люди Дильчии уже двигали в сторону большой шкаф, за которым обнаружилась потайная комната с обустроенной в ней алхимической лабораторией.

Алхимик хорошо помнил их разговор с Дильчией, когда он только приступил к этому делу. И то условие, которое поставила ему женщина. Никакого самосуда. Отравитель, кем бы он ни оказался, должен быть передан в руки правосудия. Сьёрд откровенно сомневался в этом самом правосудии, тем более, полностью подконтрольном влерт скому управляющему. Однако нарушать своё слово он не хотел.