Хроники Сьёррердаля. Где яд там всегда секреты.

– Вы следите за нами, утверждаете, что помогаете графскому сыну и выступаете с бездоказательными обвинениями против его мачехи. Поэтому вы либо просто глупая девица, либо знаете куда больше, чем говорите. А вы явно пытаетесь нас обмануть и других вариантов я здесь не вижу.

Сьёрд внимательно наблюдал за всеми эмоциями на лице Ишины, которые она явно не умела прятать. Девушка долго всматривалась в глаза Дильчии, но выдержать её холодный взгляд в итоге не смогла.

- Мне ничего не известно о заговоре против графа, - наконец произнесла она.

- И вполне возможно, что не из этого города, - добавил старик. – Города-государства Забытого Края постоянно конфликтуют друг с другом и среди них у управляющего врагов ещё больше, чем в самом Влерте.

- И кто же это тогда? – спросила Дильчия. – Кто помогал? И откуда такая уверенность, что это именно Эггиаль? Всё, что вы сейчас говорите больше похоже на какие-то фантазии, чем на серьёзные доводы.

- А вам нужны доводы? – Ишина взглянула более серьёзно. – Вы ведь знаете, что Двенген и Эггиаль чужие друг другу люди? Его мать, первая жена графа давно скончалась и Эггиаль стала второй супругой Марергрофа.

- Это общеизвестный факт.

- И у графини есть свой сын, который является вторым после Двенгена и потому не наследует большую часть имущества своего отца. А теперь подумайте какой мотив может быть у Эггиаль Марергроф?

- Мотив её был мне понятен с самого начала, - мрачно заметила Дильчия.

- В таком случае доверьтесь моей воспитаннице, - посоветовал Хаун. – А доказательства, я уверен, совсем скоро не заставят себя ждать.

Внутри башни играла музыка, источником которой служил большой заводной проигрыватель. Сьёрд даже удивился тому в насколько хорошем он был состоянии, когда услышал первые ноты.

Башня Картёжников включала в себя множество помещений и лестниц, создавая настоящий лабиринт. Она была страшно захламлена, какие-то ящики, старая мебель и многое другое встречались здесь в каждом коридоре. Двери были заперты, а иные даже заколочены. По всему было видно, что большая часть этого сооружения давно не использовались. Однако верхние комнаты оказались уже более обжитыми.