Метель

А вот поет она не каждый год. Думаю, Найджел специально ради вас расстарался.

— Найджел... Мистер Уайлд — гостеприимный хозяин, не так ли? — вежливо сказал Джон.

Вежливость требовала ответить Орсино, но продолжать обсуждение прекрасной Корделии он не был готов.

— Сама учтивость! Все делает ради гостей. И вечеринки у него самые лучшие!

— Как будто ты посещаешь другие вечеринки! — рассмеялась Лия.

Она возникла рядом с ними как светлый призрак и уселась прямо на коврике у камина. Джон увидел, как мелькнули маленькие босые ступни, а по плечам рассыпалась волна золотых волос.

Красивая девушка эта Офелия. Такая красота в нынешнее время очень востребована. Словно вышедшая прямо из книги про средневековых рыцарей и прекрасных дам... Она о чем-то щебетала с Орсино, и Джон понял, что теряет нить разговора. Откинувшись в кресле, он слушал ее журчащий голос, напоминающий свежий ручей, и наконец-то начинал по-настоящему ощущать покой и тепло.

— Специально для вас: особый грог от Мэри-Лу. Она сказала, вам надо, — вкрадчиво прошептал над ухом знакомый голос.

Джон скосил глаза: Найджел стоял у его кресла на одном колене, обеими руками удерживая поднос с единственным бокалом. Над ним поднимался густой дым, словно горячий грог налили в бокал секунду назад. Запах трав и специй, исходивший от вина, показался Джону умопомрачительным.

— Специально для меня?

— Для вас, — Найджел перехватил поднос и взял бокал, чтобы передать его Джону. Глаза его были серьезны и в чем-то печальны. — Вы.

.. Извините, что так рано. Но Мэри-Лу сказала, что сочельник уже на исходе, ей виднее, у меня дома нет часов. А если вы задержитесь, вы... В общем, это не будет лучшим исходом. К тому же вы начали разговаривать с гостями. Признаться, я этого не предусмотрел.

— Ваши гости очень милы. Мне кажется даже, что я где-то их всех встречал.

— Конечно, встречали, — кивнул Найджел. — Выпейте, пожалуйста.

Джон принял бокал, но перед тем, как сделать глоток, оглядел еще раз комнату. Орсино, чей наряд показался теперь кровавым в бликах огня, гладил по волосам что-то лопочущую Лию.

Девушка склонила средневековую головку ему на колени и прикрыла глаза, как доверчивый олененок. Статная Корделия продолжала играть на рояле, гости танцевали, и Джону показалось, что в одной стороне мелькнула длинная седая борода, а в другой — разноцветный костюм шута, мелькнули и растворились в воздухе как мимолетный фантом. Сердце сжало неясной горькой тоской.

— А как же...