Картонный трубадур

Впрочем, это единственная вещь, благодаря которой я все еще могу попасть на работу. Пару месяцев назад эти пропуски стали никому не нужны — редакция, бдительно следящая за развитием современных технологий, изъявила желание заполучить отпечатки пальцев всех сотрудников и использовать их в качестве удостоверения личности. Казалось бы, для такого олуха, как я, это большая находка — вряд ли даже мне под силу забыть или потерять собственный палец — но мое везение вновь переиграло и нашу редакцию, и современные технологии, и меня самого.

Может, вы уже догадались, что случилось? В тот самый день, когда сотрудник неведомой мне службы по программам турникетов собирал образцы отпечатков всех работников нашей редакции, я умудрился на полном ходу рухнуть с велосипеда. Не знаю, как это вышло, но во время падения моего бренного тела на асфальт тормозил я руками. И, казалось бы, с какой силой нужно упасть и какое расстояние проехать, чтобы ладони и пальцы превратились в инсталляцию ссадин, царапин, порезов и содранной до мяса кожи? Именно то, что проехал я! Естественно, ни о каких образцах отпечатков не могло быть и речи, а к тому моменту, когда мои измученные пальцы наконец зажили, новая система уже была установлена. Я довольно ленивый человек, и не вижу смысла в том, чтобы пинать лошадь, пока она везет тебя и без пинка. Пока охранники, пусть и с ворчанием, но все же пропускали меня на работу, я и пальцем не пошевелил для того, чтобы внести свои отпечатки в базу данных — уж слишком много с этим было волокиты. Ехать на другой конец города, искать эту компанию, сидеть в очереди, собирать какие-то бумажки, подтверждающие, что я не левый чел или писака из редакции-конкурента — все это до поры до времени меня не заботило. Главное, не забывать старый пропуск и оставаться на хорошем счету у охранников. Так что, я мило пожелал Тишу хорошего дня, спрятал пропуск в карман и зашагал к лестнице — от лифтов я предпочитал держаться подальше. Издание, в котором я работал, было не таким уж и маленьким — в нашем городе уж точно одним из крупнейших. Каждый отдел у нас занимал свой этаж — новостной, спортивный, культурный, политический и научный. Все занимаются своим делом и не мешают другим. Я говорил, что не люблю свою работу? Это не совсем так. Я любил бы ее, появись у меня возможность писать о том, что мне действительно интересно, но, как вы понимаете, в отделе культуры о рок-музыке писал кто угодно, но не я.