Картонный трубадур

Нервозность не только сквозила в каждом его движении, но и передалась внешнему виду — волосы растрепались, очки сидели как-то криво, а на щеках от ярости пылали красные пятна.—Больше никогда не будем доверяться твоему папаше в подборе музыкантов, —Бросил я, закуривая сигарету.—Я серьезно, —Клавишник строго посмотрел на нас из-под стекол очков.—Возьмем любого придурка из толпы и повесим на него бас — делов-то! —Хохотнул Рой.—Это будет фиаско! —Стив взъерошил и без того вздыбленные волосы.—Тогда я спою один, —Отрезал я, —Под акустику.

А вы посветите лицами. Меньше всего на свете мне хотелось делать свой первый выход на сцену перед публикой сольным, но если госпожа Удача снова не оставляла мне выбора… Я должен был хотя бы попробовать.—Ну уж нет, чертов герой, —На плечо мне легла рука Стива, —Мы не позволим тебе забрать всю славу. Еще никогда прежде я не был так рад непрошенной помощи. Машина между тем привезла нас к особняку Локлива. Впрочем, особняк — не совсем правильное слово. Это скорее был дворец из стекла и стали, столь же современный, сколь и винтажный. Наверное, в силу своих бессмертных корней фэйри, Локлив питал страсть к старине, а потому не желал вить гнездышко в каком-нибудь фешенебельном небоскребе. Мы, как и немалое число гостей, прибыли на прием заблаговременно — на город только-только начали опускаться сумерки, и по всему широкому двору особняка слуги поспешили зажечь небольшие круглые фонари, напоминающие волшебные магические шары. Мои берцы, ступающие по идеально ровной гравийной дорожке, были столь же уместны здесь, сколь на подиуме были бы уместны резиновые сапоги, и я, искоса взглянув на одетого в костюм-тройку Стива, вдруг поймал себя на мысли, что, наверное, мне тоже следовало облачиться не в косуху с рваными джинсами… Мысли эти испарились так же быстро, как и появились, когда я увидел остальных гостей — тех самых разодетых и роскошных разномастных фриков, которые поразили меня в первый день пребывания в Гольхеттере. Вот только здесь фрики были еще богаче, чем в центре города — и оттого головные уборы в виде рогов блестели драгоценными камнями, а костюмы мифических существ с крыльями и хвостами переливались одновременно тремя-четырьмя цветами. Среди всей этой пестрой толпы я с противным чувством тревоги боялся увидеть Бекки с ее папашей, но светловолосой макушки и ангельского личика нигде не было видно, а потому я с облегчением дал себе еще несколько минут спокойствия.