Нечеловеческие хроники

 – Вы оба бросили меня… я чуть не сошла с ума… от отчаянья…

Она продолжала рыдать, судорожно всхлипывая, а он молча укачивал ее в своих объятьях, целуя ее волосы, всем сердцем желая, чтобы был способ забрать ее боль себе. Боль вынужденного одиночества, предательства самых близких, на эти хрупкие плечи легло столько всего, что непонятно было, как она это вынесла. 

Он столько хотел ей рассказать, объяснить, но сначала необходимо было позволить ей выплакаться, выпустить из себя все, что накопилось в этой исстрадавшейся душе и теперь бурным потоком, рвущееся наружу.

Рыдания постепенно стихали, Моника  уже дышала ровнее, а он, продолжая ее качать на своей груди, шептал, казалось для нее одной, что все будет хорошо, что все уже хорошо, он рядом и больше ничто их не разлучит, он ждал долго, пока она не успокоилась и не затихла в его сильных руках. 

 – Ника? – она подняла заплаканное лицо. – У нас не было выхода, и я и Дезирэ, спасали самое дорогое, что есть для нас на всей земле!

 – Что ты хочешь сказать?

 – Елизар убедил совет азариев, используя всю полноту своего дара в том, что тебя и Дария необходимо немедленно уничтожить, чтобы не произошел перекос в равновесии.

 – Почему меня и Дария?

 – Тебя, потому что я тебя люблю больше жизни, и мог смоделировать наше будущее, устранив препятствия, не дающие нам быть вместе. А Дария, потому, что Дезирэ могла воплотить их мечту быть вместе в реальность.

 – Дария невозможно убить!

 – Ему приготовили ловушку, в которую он чуть не попался, я едва успел его вытащить!

 – Ты его спас?!

 – А ты позволила бы сделать Дезирэ несчастной?!

 – Никогда! – воскликнула она с жаром.

 – Я дал ему надежду, но ничего не мог сделать для тебя, если бы Елизар заподозрил  хоть тень фальши, твой приговор немедленно был бы приведен в исполнение, и все жертвы стали бы напрасны!

 – Вы оба эгоисты!

Маркус лишь грустно улыбнулся на это обвинение.

 – Представь, – пробовал он оправдаться, – если бы ты потеряла одновременно меня и ее?

 – Я и так потеряла вас обоих!

 – Нет, мы исчезли, но не умерли.

 – Она ушла, чтобы такой ценой спасти нас?

 – Всех нас.

 – А ты?

 – Я тоже должен был исчезнуть, спасая тебя. Плюс я получил возможность смоделировать ее и свое возвращение, относительно без помех, это то малое, что я мог сделать в сложившейся ситуации,– он поморщился.