Нечеловеческие хроники

В ее глазах дразнились черти, а мне эта идея не сильно нравилась. 

«А что, если он меня не узнает?»  – пронеслось в голове, а в груди защемила резкая боль. Мне отчаянно хотелось видеть Дария, не во сне, а наяву. Вдруг Ника рассеяла мои опасения:

 – Я думаю, что отсутствие в твоих руках этого веера, осложнит для него твои поиски на лишних пятнадцать минут, – она продолжала веселиться. – Однако шутка хороша, и я не вижу причин, почему бы нам  не подшутить над ним.

 – Ты уверена, что он меня найдет и без веера? – спросила я подозрительно.

 – Абсолютно, – Моника взяла веер и покрутила его в руках. – Красивая вещица, я  возьму ее, с возвратом, можно?

Я колебалась и, очевидно на моем лице смятение читалось слишком ярко, потому что Ника внезапно стала серьезна.

 – Я не шучу, он найдет тебя даже среди самой огромной толпы людей в масках и костюмах, что с веером, что без. Просто мне хочется доставить ему хотя бы тысячную долю от того беспокойства, которое он заставляет испытывать меня, Виктора и Юру.

 – Почему вы так беспокоитесь? – недоумевала я.

 – Твоя безопасность, штука очень относительная и зыбкая, а Дарий не добавляет нам спокойствия своими выходками.

 – Ты о цветах? – спросила я, заливаясь краской.

 – Я о том, что он находится рядом с тобой тогда, когда хочет и столько, сколько считает нужным, при этом даже не таясь.

 – Это плохо?

 – Смотря, с какой стороны посмотреть! Вообще-то, это форменная наглость с его стороны.

Я нехотя согласилась с тем, что веер возьмет Ника, скорее, смирилась, уступив настоятельным просьбам моей подруги.

Переодевались мы в студии. Моника, все еще смеясь, выбрала себе платье небесной бирюзы, искусно отделанное золотом. Мне понравилось изумрудное платье с тонкими волнами золотых кружев. 

На сам карнавал все одевали не полумаски, а полноценные маски, с нарисованными лицами. Наши головы украшали, вплетенные в волосы огромные перья и яркие ленты. 

Подошедшую к нам с приветствиями Сашу, я узнала только по рыжим волосам.

Наши нарисованные лица были задорны и веселы, но здесь были и арлекины и пьеро, на масках которых были прорисованы и грусть, и печаль, и удивление.

Съемки проводились на фоне зеленого экрана, я высказала свое непонимание, и Моника объяснила, что так удобнее менять фон на более подходящий к каждому отснятому кадру.