Нечеловеческие хроники

Я вывернулась из одеяла и застыла, глядя на свою кровать, судорожно хватая ртом воздух.

Под тонким одеялом был плащ Дария, которым он меня укутывал в моем фантасмагорическом сне. 

«Что ж это такое? Где сон, а где реальность? Где может существовать место с неподвижными, как статуи людьми?» –  быстро, словно пульс, в моей голове бился рой вопросов. 

Я схватила плащ и на чистом автомате повесила его в платяной шкаф. И только когда я захлопнула его дверцу, мне стало легче. Затем, быстро нацепив джинсы, футболку и удобные, напоминающие теннисные туфли, я выбежала из номера, наскоро его закрыв.

Холл был такой же,  как и в моем сне, там стояла сияющая Моника, ожидая меня. Все еще перепугано озираясь по сторонам, я подошла к ней.

 – Что случилось? – забеспокоилась она.

 – Вспомнила свой сон, – я поежилась и передернула плечами.

 – Да, от кошмаров Дарий тебя все-таки не уберег, – съязвила она.

 – Я вообще не уверена где реальность, а где нет.

 – Идем, Венеция ждет нас.

Я вздрогнула, а Ника потащила меня к выходу. 

Мы плыли по узеньким улочкам-каналам, которые были оживлены и светлы, представляя яркий контраст с моим ночным видением. Мы вышли возле красивого здания, с множеством ярких вывесок и я поспешила за своей подругой, которая явно здесь хорошо ориентировалась.

Краем глаза, я заметила мелькнувшую сзади фигуру Юры, который следовал за нами. Полегчало.

В здании было громко и людно, все суетились, куда-то бежали и  громко говорили. Этот гомон голосов на незнакомом мне языке начинал раздражать, резко разболелась голова.  Моника быстро протащила меня через эту толпу и буквально впихнула в большую студию, заполненную незнакомыми людьми и залитую ярким светом. 

Здесь речь была смешанная, русский тоже присутствовал.

К нам подошла высокая, худосочная, черноволосая женщина, с длинным лицом и большими карими глазами.

 – Это Лючия, иди с ней, она займется твоим внешним видом.

 – Si, – улыбаясь, кивала мне новая знакомая.

Что-то подобное со мной уже происходило в доме Виктора, когда Моника занималась моей подготовкой к балу. Правда, здесь все обошлось без массажа, и я обрадовалась, что одной экзекуции мне удалось миновать, но на этом облегчение и заканчивалось.