Нечеловеческие хроники

 – Гонки?! – в два голоса воскликнули Маркус с Дарием, их глаза загорелись огнем.

 – Да, гонки, жаль что я подготовила только четыре машины, но зато будет кому судить, – она явно была довольна полученной реакцией.

 – Правила не изменились? – живо поинтересовался Маркус.

 – Нет, – рассмеялась Нинон, – правила те же, что и раньше, но откуда ты знаешь о гонках, тебя же с нами не было триста лет?

Маркус слегка смутился, а потом, состроив хитрую рожицу, быстро выпалил:

 – Я же не мог бросить вас всех без присмотра, поэтому иногда осторожно подглядывал.

Я не могла разделить общее веселье и не понимала о чем речь, меня тоже не было триста лет. Теперь я с грустью понимала, что многое пропустила. Дарий заметил мою «кислую» мину, и поспешил исправить положение.

 – Это выдумка вампиров, но она пришлась по вкусу и хранителям, и азариям. За рулем хороших гоночных машин сидят участники и добросовестно «выжимают» из них все, на что они способны, а судья бежит рядом и следит за тем, чтобы никто не жульничал.

 – Бежит рядом?! – переспросила я, под общий взрыв смеха.

 – Да, это очень занятное зрелище, – смеясь подтвердил Дарий.

Я представила себе эту картину и без труда присоединилась к общему веселью.

 – Машины готовы, осталось только определиться кто участвует в гонке, а кто судит, – вмешалась Нинон.

 – Ну, со мной все ясно, – рассмеялась я, – ввиду моей теперешней «инвалидности», я гожусь только в зрители.

 – На это я, кстати, не рассчитывала, но… – рассмеялась Нинон, слегка затягивая театральную паузу, – у  нас с тобой будут великолепные зрительские места! Нет ничего лучше, чем наблюдать за этой забавой с воздуха.

 – Каким образом? – поинтересовался Маркус.

 – С вертолета, конечно, – Нинон явно получала все больше удовольствия от того, что ее подготовка к встрече гостей дает ей именно то, что она ожидала получить в результате своих усилий.

 – Да, мадам, вы восхитительны в своей изобретательности! – шумно воскликнул Дарий.

 – Так кто будет судить? – хитро сощурившись, спросила Нинон.

 – Дарий! – моментально послышалось со всех сторон.

Он застыл на месте под взглядами присутствующих, словно замерз. По его лицу почти ничего нельзя было понять, хотя по выражению глаз, я бы взялась утверждать, что он расстроен и зол одновременно.