Нечеловеческие хроники

 – Сейчас мы оба в крови, – тихо сказал он, опустив глаза.

 – В крови?! В чьей?

 – В моей…

Мои глаза округлились сами собой, мысли и предположения потоком пронеслись в голове, но никакого мало-мальски разумного предположения я не нашла. Я резко села в кровати, а Дарий остался лежать, без единого движения, словно боялся шелохнуться. 

Он действительно был весь в крови, как и кружевная постель. Я посмотрела на себя и с ужасом поняла, что на мне тоже запекшаяся кровь.

 – Как это произошло? – спросила я, потрясенная.

 – Я искусал свою руку и не заметил этого… – прошептал Дарий, все еще не поднимая глаз.

 – Зачем ты это сделал?! – воскликнула я, не сдержавшись.

Дарий молчал, а я замерла от удивления и внезапной догадки!

Случилось то, чего он так боялся, то из-за чего сегодня ночью он хотел остановиться!  Я совсем забыла, ЧТО значит, моя близость для него, и каких усилий ему это стоит! Дарий не смог до конца контролировать свои инстинкты, поэтому он искусал себя!

 – Дарий… – позвала я, но он не реагировал, превратившись в холодное неподвижное изваяние скорби и сожаления.

Я попыталась взять его за руку, на которой еще были видны следы укусов, уже затянувшиеся, но еще яркие, сине-багрового цвета. С таким же успехом я бы могла пытаться  забрать у каменного купидона его лук и стрелы.

Мне стало холодно, несмотря на жару. Что-то заныло внутри тошнотворной болью, мне просто жизненно необходимо было сейчас почувствовать его губы, руки, ощутить его прикосновения, понять, что я все еще желанна и любима.

Страх потерять его, подталкивал меня, я потянулась к Дарию и поцеловала, но холодные губы мраморной статуи, остались неподвижны. Меня захлестнуло чувство острой вины перед ним, он уступил моей просьбе и чуть не покалечил себя.

 – Прости меня… я могу только попытаться представить, как тебе тяжело на самом деле даже просто находиться рядом со мной.

 – Сумасшедшая, – прохрипел Дарий.

 – Значит, ты отказываешься от меня? 

Я стала судорожно дергать окровавленную простынь. Пытаясь в нее завернуться, меня бил озноб, холод волнами гулял по спине.

 – Ты больше не хочешь меня? – я смотрела на Дария со страхом.

 – Боже! Что ты со мной делаешь?! 

Он сгреб все простыни в охапку, завернул меня в них и прижал к себе, как маленького ребенка.