Нечеловеческие хроники

Я встревожилась не на шутку, сколько времени Дарий провел неотрывно от меня, охраняя  мою жизнь, мой сон и мое спокойствие?  Судя по виду, его мучила жажда, а я даже не задумывалась над этим до этой минуты! Дарий был прав, частенько называя меня эгоистом с ангелом в сердце!

 – Дарий, – тихо позвала я, он осторожно  присел рядом, – тебе пора тоже поохотится…

Слова застревали у меня в горле, я никак не могла смириться с его естеством, даже зная, что он уже давно не пьет человеческую кровь, и разницы особой нет между поеданием мяса добычи и высасыванием из нее крови.

 – Все еще не так плохо… –  прошептал он.

 – У тебя уже тени вокруг глаз, не стоит так рисковать, ты обессилишь!

 – Моих сил хватит, чтобы пронести тебя весь путь без остановки и защитить тебя в случае необходимости! – пылко возразил он.

 – Не делай нашу близость для себя более болезненной, чем необходимо! Сейчас я человек, что не делает наши и без того сложные отношения проще.

 – Это сладкая боль…  – он взял мою руку и, прильнув к запястью губами, шумно вдохнул его запах, – я впервые с момента твоего исчезновения снова чувствую себя живым!

Я не нашла что ему возразить, было в его словах что-то от упрека, может мне так показалось, но чувство вины снова захлестнуло меня, усилившись.

 – Дарий, она права… – вмешался Маркус, – ты непомерно расходуешь силы, а мы только в начале пути.

 – Молниеносная охота – мне нравится! – улыбнулся Дарий, вставая и протягивая Маркусу руку: – Спасибо… брат.

 – Не задерживайся, братишка, – рассмеялся Маркус, крепко сжимая ладонь вампира защищенной перчаткой рукой. 

Дарий растворился во тьме, а я все еще смотрела ему в след.

 – Брат?! – переспросила пораженная Моника.

 – Да, как ни странно это звучит, – кивнул Маркус.

 – А как же ваша взаимная ненависть? – не унималась она.

 – Он изменился, это давно стоило признать.

 – Он порождение зла!

 – Насилие и жажда породили его, он раб своих инстинктов, но не зло в чистом виде.