Нечеловеческие хроники

– Может, я никуда не пойду?

 – Ты что? – у Моники округлились глаза. – До бала осталось полчаса, а у золушки депрессия и паника одновременно?! Нет уж!

Моника опять улыбалась, и внезапное странное настроение схлынуло с ее лица.

 – В этом и соль,– продолжила она, – никто тебя не знает, в полумаске и подавно никто не сможет рассмотреть, это же весело, смотри…

Моника порывисто встала, подошла к кровати, перекинула пару вещей, извлекла из-под них золотую полумаску и жестом подозвала меня к зеркалу.

 – Смотри, ты сама-то себя узнаешь? – спросила она с хитрецой.

Я рассматривала свое отражение и не могла поверить в реальность происходящего: незнакомка, сотканная из золота и драгоценностей, смотрела на меня и повторяла мое изумление своей настороженной позой. Пришло осознание, что это все еще я. В глазах снова зажегся озорной огонек.

 – Ух ты, – это все, что я смогла произнести.

Моника уже надела серебряную полумаску и подмигнула.

 – Это будет весело, обещаю! – ее веселое легкое настроение вернулось и заражало энтузиазмом.

 – А, кем мне представляться? – вдруг озадачилась я.

 – Ну…как насчет Клео? – она подмигнула, и мы прыснули со смеху – Оставайся Екатериной… второй – мы снова засмеялись.– О, машина подана.

Моника схватила меня за руку и потянула к выходу.

 – Кадиллак? – удивилась я. – Ты шутишь?

 – Нет, – Моника веселилась. – Предпочитаю, чтобы все считали, что мы тоже приехали, а не живем здесь.

Мне снова подмигнули и мы забрались на заднее сиденье. Что интересно,  машина поехала в противоположную сторону от большого дома, выехала через другие ворота, совершила круг и через главные ворота доставила нас прямо к особняку с атлантами. Водитель невозмутимо открыл двери и подал руку.

 – Ну, началось… – моя спутница со смешком выпорхнула и, пройдя несколько шагов, застыла, ожидая меня. Я, опираясь на предложенную руку, вышла и присоединилась к ней.

 – Пошли, золушка… – Монику явно все это забавляло.

Мы поднялись по лестнице, и зашли в огромный холл. 

Звучала классическая музыка в приятной обработке, сверкали люстры электрическими свечами и некоторые пары уже кружились в центре зала великолепным вальсом. Остальные приглашенные прохаживались между столами с угощением. Кто-то вел неторопливую беседу, кто-то с интересом рассматривал толпу, были и откровенно скучающие.