Небо нашей любви. Часть первая

Моя мать когда—то после вашей революции вышла замуж, за инженера Ноймана, и уехала с ним в Германию, оставив страну советов.

– Признаюсь честно, я рад нашему знакомству, господин фельдфебель, —сказал Валерка по—немецки. —Моей задачей была проверка моих знаний.

– Превосходно, —сказал летчик. —Можешь не переживать, у тебя, очень хороший немецкий. Если ты когда— нибудь будешь в Германии, ты вполне сможешь общаться. Мне кажется что у тебя берлинский акцент…

– У меня есть хороший учитель, – ответил Валерий.

 – Я хочу, тоже быть военным летчиком. Я обязательно, буду летчиком Франц…

– Это очень похвально! Мужчина должен быть настоящим воином! – сказал фельдфебель, и вновь одобрительно похлопал Валерия по плечу. Франц-Йозеф достал из кармана две сигары в алюминиевых футлярах, которые в Советской России были в диковинку, и подал отцу. Другую, он хотел закурить сам, но крепкая рука майора Краснова остановила его.

– Господин фельдфебель, вы извините, но на территории нашего завода курить запрещено.

 – У нас для этого есть специальные места.

– О, я, я! Я понимаю – хорошо! У меня дурная привычка курить, – сказал он, держа во рту сигару.

Валерка, почувствовав кураж, словно собачонка неотступно бегал за немцами сзади. Он ловил каждое слово. Каждую интонацию. Переварив ее в своей голове, он складывал эти знания на невидимые полочки своей памяти.

По немцам было видно, что чувствуют они себя вполне уверенно, и даже где— то нагловато. Летная форма, галифе, зеркальные хромовые сапоги завораживали своей безупречностью и каким— то военным немецким шармом.

Выступая в заводском клубе перед рабочими и летным составом испытательной эскадрильи, Франц – Йозеф Нойман, расстегнув китель, который украшал «Железный крест», рассказывал, как еще совсем недавно в бою с Бельгийскими летчиками, он за один вылет одержал сразу две победы. Вот за этот подвиг он и получил свой первый крест, которым очень гордится.

Тогда еще никто в СССР не мог предположить, что уже через год отношение к немцам изменится до— наоборот.

Все эти нацистские побрякушки, вся эта безупречная форма будет олицетворением настоящего зла и всеобщей народной ненависти. Даже молодой фельдфебель Франц – Йозеф Нойман, ставший для Валерки Краснова объектом восхищения, в одно мгновение превратится из героя в матерого преступника и заклятого врага.

Но это еще только будет, а пока немцы и русские играли в футбол, пили пиво закусывая их сибирскими пельменями.