Я === код

Тварь, конечно, теперь мертва, расширять его она больше не будет. Но могут прийти другие. Если б я только умел их зашивать…

– Это плохо, что он останется? Что тогда будет?

– Хорошего мало… но может как-нибудь и обойдется. В конце концов, если ты примешь приглашение, то сам научишься их зашивать.

– Какое еще приглашение?

– Увидишь, какое. А теперь давай уже отправим тебя домой.

– Мне взяться за нее снова? – спросил Кирилл, потянувшись к сияющей нитке рукой.

– Не вздумай! – Роман схватил его за запястье. – Тебе повезло, что разрыв не порезал тебя на куски по пути сюда.

Второй раз рисковать не советую.

С этими словами он снова достал телефон, что-то в нем поколдовал – вероятно, в прямом смысле – и секунду спустя Кирилла ослепила зеленая вспышка, а когда он снова открыл глаза, то обнаружил себя лежащим в своей комнате на кровати в одежде и в носках, промокших от пота. На соседней кровати спала, отвернувшись к стенке, Настя. В комнате было совершенно темно, никакой светящейся конструкции у него над головой не было.

Глава 2

Это было в феврале, а в марте Кирилл обнаружил своем электронном ящике письмо с извещением о том, что он прошел первичный экзамен для поступления в российский филиал Prototype Institution of Computer Science (сокращенно – PICS). Никакого экзамена Кирилл, конечно, не помнил. Он вообще не помнил, чтобы что-то слышал о таком учебном заведении.

Надо сказать, что к тому времени Кирилл уже успел убедить себя, что та февральская история была сном. Ну, а чем еще она могла быть, если вдуматься? Усталость от решения бесконечных задачек по программированию, парочка просмотренных недавно хорроров, постоянные тревожные мысли из-за ЕГЭ и родителей – все это смешалось и дало вот такой результат.

Так, наверное, сказал бы любой психолог. Кирилл к психологам не ходил, он считал, что и сам неплохо разбирается в том, что творится у него в голове.

В первый момент он даже не связал полученное письмо с той историей. Он бы, может быть, и вовсе удалил письмо и забыл про него, если бы его взгляд не зацепился за одно слово: «Протолан».

В письме говорилось, что учебная программа делает упор на изучении этого «перспективного языка программирования». Кирилл никогда не слышал о таком языке. Вернее, слышал всего один раз: от странного парня, у которого лучевое лезвие выстреливает прямо из рук.

На всякий случай он загуглил «Протолан». Узнал, что есть какое-то лекарство, которое так называется, а еще какой-то полумифический древний язык.