Потолок одного героя

Бывший стражник поставил неначатую тарелку. Он то ли сопнул, а то ли звонко попытался втянуть носом воздух. Глянул на наёмницу, и подманил меня жестом.

— Ид… Ид-ы сЮда.

Очень не хотелось, но я… всё-таки послушался.

— Нагн-ыс, — попросил мужчина заговорщически. Он покосился на Эль и сообщил: — Я всё вра-ль.

Простые глиняные тарелки чуть зазвякали.

Наёмница поджала губу.

Она сомневалась.

— Сэр Мизен, я...

— Мы не будем это обсуждать.

— ...

— Всё нормально. Мы НЕ БУДЕМ это обсуждать!.. Огра на болоте нет — вот основная для нас проблема.

Единственного огра, который мог бы справиться с настоящим, большим драконом, убили, а значит нам придётся отправиться к другому высшему дракону… Тебе всё ясно?

Я сказал. Взял свободный табурет, поставил его поближе к столу. И сел.

Подвинув котелок, я искоса вновь глянул на Эль.

«Какая... фигура».

XXV

— Я враль… — с завидным упорством повторил Гратц.

Тень его дёрнулась.

«Обижен», — отметил я.

После десятого повторенья одной и той же фразы, выяснилось, что Фирс теперь твёрдо верит в две вещи.

Что великан ВООБЩЕ не может двинуться. И что Эль повредила руку, так что меч для неё теперь что дубина.

—А в-от ты у наз осно-фная реальная сыла.

— Я? — переспросил несколько опешив я.

— А что… они убъ-ют тэбя… что ли?

Кулак со звоном столкнулся со столешницей. «…Больно». Я хотел подняться… но удержался. Покосился на ворота, за которыми были слышны шаги. И рокот от дыхания собак.

— Если мыслить здраво, — на выдохе и тихо. — По-твоему выходит, что я… не «сила»?

— А разве нэт? — ответил Гратц с совершенно искренним изумленьем.

И почти что всхлопнул ушами.

Врезать ему до невозможного захотелось.

Хотя бы это я сделать мог.

Вытащив одну из тряпиц, Гратц посмотрел на неё с пристрастием. Морщась и дёргаясь, он провёл парой пальцев по переносице, «закрутил» побуревшую ткань обратно.

— Ты у нас… головой работаэшь… Это дело сло-жноэ.

Три фонаря. Свет падал на загорелое, лоснящееся лицо под разными углами, но одно я мог сказать наверно: «Врёт».

С трудом проглотив пригоревшую кашу, я локти упёр в столешницу. Взглянул на Эль.

Во рту стоял ставший привычным привкус несвежей рыбы.

— Гратц, я понимаю время позднее, но мне нужно с тобою поговорить. Только не спрашивай зачем и не вникай в суть разговора!.. Мне действительно это нужно.

— Я нычего не говорил! — повторил бывший стражник. — Я всё враль! Наше дело небольшое… что сказали, то и делаем.

«Врёт», — не мог я не отметить.