Без кавычек

Раньше Женька чуть не каждый день выслушивала Анины страдания о её несчастной любви, жертвой которой пал фронтмен одной не очень известной рок-группы. Он не проникся ситуацией и не углядел Аниных чистых устремлений ни в жёстком преследовании (в соцсетях и в реале), ни в проколотых шинах его машины, ни в подожжённой входной двери в его квартиру. И написал (подлец!) заявление в полицию на влюбленную поклонницу. Анины родители уладили проблему, но поставили той ультиматум: минус интернет и согласие на лечение, поскольку это был далеко не первый эпизод череды Аниных странностей.

Все сходят с ума по-своему, варятся в своём воспалённом мире в одиночку. Родным и близким со всеми их благими намерениями не понять, как трудно и страшно быть другим, сломанным. «Психом», пока что в кавычках. А тут, вроде бы, все в одной лодке и по-разному, но вместе. И теперь Женька, получается, Аню бросила. Мучилась этим, старалась больше разговаривать и с Аней, но угодить ей никак не удавалось.

***

— Женя, я вижу за последнюю неделю у тебя наметился прогресс, — мягко улыбнулся Сергей Фёдорович, кивнув на Женькин блокнот: явно заметил модерновые орнаменты, которые она набросала для Лики.

— Ну, это не совсем тот прогресс... — кисло улыбнулась Женька в ответ.

Доктор хитро прищурился, выдержал паузу и мудро решил не приставать с расспросами.

— У меня есть небольшая просьба к тебе. Насчёт Лики. Не нужно поддерживать её бред. Понимаешь, чем раньше она осознает, что её воспоминания не имеют никакого отношения к реальности, тем раньше начнет работать терапия.

Женька удручённо кивнула, глядя себе под ноги.

— Я не говорю, что от фантазий нужно отказаться. Просто направить в нужное русло. Со временем.

Женька снова кивнула.

Когда она вернулась после терапии в палату, застала неприятную сцену.

— И где же в таком случае твои крылья? Или ночные мотыльки — нелетающие насекомые? — наседала на Лику Аня. — И как они тебя выдерживают? Какого они размера? Раза в два больше тебя? Иначе не полетишь.

Ну, вот опять до Лики докапывается!

— Видишь ли, Аня, мой мир не такой плотный, как ваш, — терпеливо, без раздражения отвечала ей «фея». — И крылья в каком-то смысле продолжение внутреннего огня. И они небольшие, всего лишь закрывают спину. В моём мире величина и другие меры, присущие плотному миру, относительны.