Секреты покинутого мира

Меня нарядили в вызывающее черное платье, глубокое декольте демонстрировало грудь. Дышать старалась через раз, хотя и само дыхание давалось с трудом. Любая мысль в сторону и на шею опускалась невидимая ладонь, сдавливая. Не могу представить, каково прожить бессмертную жизнь вот так. Неужели этого желает Годфри?

В небольшой столовой стоял накрытый стол, кроваво-красная скатерть, черные свечи. Прислуживали вампирши, затянутые в черные платья и только одна теплокровная женщина, та, что была фавориткой Годфри и сплетничала о нас в галерее, стояла позади моего стула.

Девушка единственная была одета в белоснежный наряд. Покорно опустив плечи, светловолосая прислуживала.

Это какая-то новая форма унижения? Стафф сидел напротив, словно вампир не заинтересован в моем появлении, любуясь на бокал, тем не менее стоило мне подойти к столу, как вампир медленно (по его меркам) поднялся со стула, поприветствовал, одаряя милой улыбкой, как если бы я его в первый раз повстречала в приемной Стольмовской больницы.

Внутри сжалось от этого воспоминания.

Неужели все было хорошо спланированной ловушкой. Когда из милого друга и нежного ухажера вампир успел превратиться в жестокое исчадие ада? Стафф скользнул ветерком, отставив кресло и помог присесть. Опалил поцелуем руку. Я вздрогнула, но Годфри, казалось, этого тоже не заметил, или же выбрал не замечать. Скользнул на место.

На мои колени опустилась салфетка и я отчего-то вспомнила, как звали девушку — Карина. Удивилась этой неожиданной уловке памяти. Со мной последнее время такое случалось, словно я что-то забыла, а потом всплывало.

Незаметно глянула на девушку, в глазах слезы, дрессировка касалась обеих.

— Давай я тебе расскажу как хочу, чтобы развивались наши с тобой отношения, Стефани, — произнес Годфри, привлекая внимание.

В столовую внесли первые блюда, без устного распоряжения или знака, такая чувствительность к приказам появлялась, когда устанавливалась кровная связь между прислугой и хозяином. Замок в буквальном смысле подчинялся Годфри.

Его желаниям.

— Мы все время говорим о твоих чувствах. Сегодня, в лучших традициях вампиров, я желал бы поговорить о себе. — Годфри поднял бокал, отсалютовав мне и проглотил янтарную жидкость, что плескалась на его дне.

Крышку на блюде отставили, являя непривычную еду. До этого момента мне предлагали меню исключительно солнечного мира. Теперь на тарелке красовалась странного вида рыба, с побелевшими от приготовления глазами, размером с хорошее яблоко. Скривилась.