История лаборатории: Зимний детектив.

Она и действительно ничуть не изменилась с тех пор, как Кет ее видела. Те же холодные глаза на молодом, даже помолодевшем лице. Стрижка еще короче, чем у ее дочери, приталенный камзол, из тех, что так любят одевать благородные девицы для маскарадов в Алтаре, разве что блесток не в пример меньше, модные короткие штаны с белыми чулками под ними. Чем то ее наряд напоминал университетскую форму самой Кет да Кри. Единственным, чего не помнила Ренс младшая, были белые перчатки. И кто носит перчатки дома. Конечно, можно было бы списать их на время года, но эти  казались слишком тонкими, чтобы уберечь руки от стужи.

 – У–ук! – вновь раздалось сзади.

«Даже как то удивляться лень…» - мелькнуло, знал бы кто откуда,  мыслишка в голове Кет.

Кристилла взглядом, которого не устыдился бы и буйно помешанный, смотрела  на большую обезьяну с рыжим длинным волосом и  мясистыми губами. Обезьяна, «Получеловек», из тех, что изучал тот странный энгелец, утверждающий, что люди произошли от обезьян, освобожденной от веревок рукой обхватил наследницу благородного рода за талию и потянул к себе, вновь высказав свое мнения о происходящем.

«И о чем ты только думала Рин… Как то это слишком уж знакомо.  Наверное ты о чем-то подобном уже читала», корила себя юная Ренс.

 Одна из самых могущественных женщин города, обратила взгляд своих холодных глаз на Кет. 

 – Доброй вам ночи, тетя Мар, – чуть ли не пропищала Кет.

 Маркенса не удостоила ее ответа, вместо этого перевела свой взгляд на дочь.

 Та же,  стараясь не позволить себе отстраниться от обезьяны, обернувшись, встретилась взглядом с матерью. Дуэль продолжалась секунд пять. Первой не выдержала Кри. 

 – Это ты! Ты похитила его, Маркенса! – воскликнула девушка.

 – Ты что, все о своем ненаглядном оборванце думаешь? – с насмешкой в голосе осведомилась женщина. – Приглядись внимательнее или похоть столь затуманила твой разум, что не видишь, что это обезьяна?

 – Ты превратила его в это чудовище, – плотнее прижавшись к обезьяне, без тени сомнения в голосе заявила Кри.

 – Это самка, Кристилла, – даже с какой–то жалостью в голосе заметила ее мать, – иди в свою комнату.

 – Но… – Кристалла перевела свой взгляд на обезьяну, при этом отстранившись от нее, – но тогда зачем?

 – К несчастью, рабство в Лендале запрещено, а эти недолюди лучше всех других подходят для моих научных целей.