Свитки Серафима

– Иномирец — ты. Это мой мир, поэтому растворись, пока я тебя сам не выкинул. Тебе не понравится.

Ничего не понимал Серафим. Слова, боровшихся за него, оседали в сознании, но оставались запертым коробом.

Отплыв назад, существо растянуло кривую щель, ухмыльнулось.

— Ты силён, княжич времени, со всеми Конструктами и Советами в вечном договоре, но со смертью договориться не смог, — гадкий смешок полетел в странника. – Все знают, что забрали у тебя. Желанное тело обратилось в гниль. А душа…

— Думаешь задеть? – Лишь на миг дрогнули веки у спасителя.

– Забыл своё место? Изыди! – И странник простым кивком подтвердил силу желания.

Повинуясь невидимому удару, существо сжалось. Искривилась длинная и белая туша в чёрных обмотках, втянулись черты и конечности в истончающееся тело. Он пытался сопротивляться, незримо цепляясь за твердь, пыжился бросить в лицо врага последние угрозы и обещания.

— Не навсегда. — Хрустальный выдох разбился о камень. – Дзиф упорен в желаниях. Моя добыча. Я отомщу. И твой свет можно исказить.

— Свет? – Только половина лица странника изобразила улыбку, вторая же часть, где виднелись шрамы, осталась неподвижной и мёртвой, испугав Серафима. – Ай-яй, Дзиф плохо знает, с кем имеет дело. Спроси у тех, кого я отдал, следуя правилам, кому смотрел в глаза, выжигая кривду, кто всегда оставался мелкой песчинкой на пути большого потока. Они так и не узнали, каким силам послужила их смерть.

— Наивный княжич. — Тело существа оплывало, кожа истончалась. – Для Дзифа не тайна твои страдания.

Не притворяйся нейтралом. Ты чувствуешь, а значит, подыгрываешь одной из сторон. Для муравьёв, видящих только землю перед глазами, этого достаточно, чтобы верить в твою доброту. В этом слабость и наживка для человеков. Они прозвали тебя Даром. Они тянутся к тебе.

— Время не имеет окраски. Попробуй исказить Конструкт, пожиратель. — Странник поднял руки с раскрытыми ладонями, усиливая намерение убрать врага с дороги, как будто отталкивал от себя бесформенное существо.

– Придётся доложить о нарушении договора. Тебе больше не позволят участвовать в испытаниях.

Существо закричало точно придушенная ворона.

— Дзиф найдёт способ. Добрый плод употребим во зло. Наивный княжич сам поможет Дзифу.

Бес слабел. Голос растерял звонкость, дребезжал.

— Тогда и поговорим, — тот, кого гость назвал «княжичем», отвернулся, словно потеряв интерес к беседе.

Лунный свет, лежащий полосой на дороге, разорвало лоскутом, куда и затащило беса.