Свитки Серафима

Понял Степан, что не уйти ему от сложного решения. Печалью наполнилось сердце. Мыслями он коснулся всего, что было дорого, отказываясь от Василинки, от тёплого очага и земных радостей.

Так отстранился от мира, что не заметил, куда и как исчез странник. Тяжело сделалось, страшно. Поднялся ветер, гоня травяной сор по холму. Заслезились глаза. И точно другой голос нашептал Степану слова, смутившие душу:

— Зачем тебе слушать чужака? Знаешь ли ты, кто он? – вкрадчиво, но настойчиво говорил тихий голос, ужом заползал в сознание.

– Бедный, бедный Степан. Один обман и яд в устах странника. Не желает он тебе счастья, погубить хочет. Ты, верно, считаешь его ангелом небесным?

— Я не знаю, — пробормотал юноша, закрывая уши ладонями, но голос продолжал звучать, будто кто-то стоял за плечом и вкладывал фразы прямо в голову.

Невидимый собеседник рассмеялся мягко и ласково.

— Некоторые силы так любят наивных человеков. Улавливают их в сети, притворяясь добром. Иди домой, Степан. Невеста заждалась тебя.

Уста её горячи, тело жарко. Неземная сладость ждёт тебя с ней. В достатке и радости жить будешь. Придёт срок, получишь власть над людьми в поселении. Пролетит время и исчезнет. Незачем тратить такую короткую жизнь на неведомое, что принесёт лишь страдания. Неизбежное случится, как ни сплетай пути судьбы. Иди, Степан, позабудь о страннике и его словах.

Зимней стужей дышало в затылок, словно сама смерть прошла за спиной. Не понравилось это Степану.

— Веруй и спасёшься, — сами прошептали губы.

Порыв ветра толкнул вперёд, уронил лицом в траву.

— И ты не с добром ко мне, — с силой сказал юноша поднимаясь. – С пути свести хочешь. Значит, важно пойти до конца.

— Как знаешь, — засмеялись множеством тонов вокруг, рассыпаясь на отдельные звуки. – И твоё рвение послужит нам. Добрый плод обратим во зло.

Тяжесть отступила. Успокоилось на холме, да и Степан успокоился, не сомневаясь более.

Он вернулся в городище и при воротах увидел обоз из трёх телег, что въезжали на торговую площадь.

— Откуда и куда странствуете? – спросил Степан.

— Торговые люди мы, — прогудел в бороду рыжий возница. – Путь наш лежит до Троицкого монастыря.

— А не возьмёте ли меня в путники?

— Приходи завтра к воротам поутру, как петухи в третий раз пропоют.

Хотел Степан тихо пройти в дом, собрать узелок в дорогу. Да, только во двор купца ступил, как заметили его, работники вскочили, кинулись со всех сторон наседая.