Свитки Серафима

На этот раз пронесло, но предупреждение явно читалось в каждом действии местной милиции.

Куда же он успел влезть? И усач Борисыч? Не был тот алкоголиком, и не зная человека, Алексей сразу мог это подтвердить.

— Сожрёт тебя город.

Так говорила баба Варя, советуя уехать. Она всю жизнь прожила в городке и точно знала, чего опасаться. Для начала нечто неведомое сожрало Борисыча. Не буквально, конечно, но перемололо и уничтожило властью неведомой силы.

— Ну, не на Сицилии же мы! – тихо ворча, Алексей пошёл через железку.

Ему предстоял долгий путь назад. Было время осмыслить происшедшее, постепенно погружаясь в серый тлен старой части города. За интерес к тайнам здесь убивали не первый раз. Он помнил о судьбе прадеда. Снова Лукашов сунул нос не в своё дело и тут же получил ощутимый тычок. Одёрнули, указали на его место. Ладно, он сможет разобраться.

Квартира встретила Алексея тишиной. Несколько минут он смотрел на чемодан под вешалкой. Деликатность перевесила любопытство. Если и вскрывать посылку, то вместе с той, кому дед её отправил.

С родственницей он столкнулся у запасного входа, который давно стал основным для сотрудников и посетителей. Неизвестно, сколько продолжался ремонт, но Алексей догадывался, что главной дверью с письменами давно не пользовались. Скорее она оставалась музейным экспонатом, напоминавшим о былом величии.

— Алёшенька! – Варвара всплеснула руками. – Сбежал?

Она сразу же начала озираться, словно за ними наблюдали, площадь рядом с библиотекой была пуста.

— Отпустили.

Он коротко изложил события. Баба Варя вздыхала да охала, качала седой головой.

— Всё к тому шло, — прошептала старушка, когда узнала про смерть Борисыча. – Многим он поперёк жил. Говорила я ему. Такой же упрямец…

— И что? – недоумевал и возмущался Алексей. – Вот так, взять и убрать? Живого человека?

— Тише-тише. — Она сжалась в испуге. – Молчи! Водкой он отравился. И всё. Любой в старом городе скажет, что запоем пил.

— А в новом городе? Там так же думают?

— А что в новом? Чужие они нам. Никто из наших за железку и не ходит, — отмахнулась от гостя, мол, не о чем говорить.

— Не договариваешь ты, баба Варя.

— Живи тихо, Алёша, не ерепенься. — Варвара устало опустила руки, пригладила одежду. – Так и до моих лет доживёшь. Пошла я домой. Намыла всё, убралась. Отдохнуть надо.

— Проводить? – Алексей участливо коснулся её руки.

— Сама уж.