Свитки Серафима

Ярослав продолжал говорить:

— Ты умный человек, Алексей, который, случайно или нет, оказался в паутине обстоятельств. Меньше всего я хотел посмеяться. Не имею такой привычки. Каждое слово, которое сейчас будет сказано, имеет смысл. — Военный легко двигался по чужой кухне. — Как историк, ты поймёшь. Мы отчасти коллеги. И как ты догадываешься, я и этот весёлый психолог — на работе. Дело наше необычное. Поверить будет трудно. У тебя есть нужная нам вещь, и ты сам необходим, — он замолчал, пробурчал чуть слышно. – Знать бы зачем!

Сделав круг по небольшой кухне, Яр приземлился обратно на табурет.

— Где чемодан?

И как-то разом Алексей вспомнил обыски в квартире деда, доведшие того до болезни, вокзал с радостным попутчиком, как тот помог донести тяжёлый груз, участие Сашки в размещении историка на постой и разговоры с «фирмачом».

— Ясно, — Алексей неприязненно покосился на неслучайного попутчика. – Не Смуров, так фирма. Вы вместе с Оксаной работаете.

Дед, напуганный беспорядком в квартире, отправил неизвестную ценность родственнице. Что это было? Сакральный дар?

В старых дневниках доктора Лукашова писалось о предке Луке Богомазе. Икона принадлежала его авторству, если верить городским легендам. Семейная реликвия сохранилась до наших дней. Всё складывалось.

Мысль, что и Ксана замешана в этом, оказалась самой мерзкой. Конечно, он сразу всё знал, но не придавал особого значения или не желал думать. Теперь же, получалось, что его с самого начала сопровождали с посылкой для бабы Вари, опутывали враньём.

Оксана… Она не случайно вернулась из прошлого? Как узнать правду? Оставалось немало пробелов в логической цепочке, но в целом она выглядела правдоподобно. Непонятно, как туда вписывалось семейство Смуровых и смерть Борисыча. Да, и странная дверь в библиотеку с дневниковыми записями предка.

— В паутине обстоятельств, — Алексей усмехнулся. – Вы же эти обстоятельства и состряпали.

Яр странно сузил глаза, будто предположение историка разозлило и оскорбило его.

— У нас своё задание. Мы не враги. Переубеждать тебя нет времени. Без необходимости и приказа я бы никогда не говорил с чужим о деле. Мы расскажем возможное. Нам ещё работать вместе.

— Не дави, — тихонько откликнулся Сашка. – Негромкие люди бывают удивительно упорны. Перед нами очень упорный человек.

Ярослав резко повернулся к нему, слова готовы были слететь с языка, но он сдержался.